– Я признательна...

– За то, что облажаешься, - сказала Авасарала, и ее голос был тяжелее камня.
– А я могу это предотвратить. Мы можем продолжать этот разговор в присутствии этих дерьмоголовых бедолаг, или ты можешь закатывать глаза над юмором сумасшедшей старой стервы, за чашкой чая в слегка приватной обстановке. Хочешь, можешь винить в этом меня. Мне без разницы. Я слишком старая, и устала стыдиться.

Драммер накрепко сцепила пальцы. Ее челюсть ныла, и ей пришлось сосредоточиться, чтобы расслабить и разжать ее. Ей хотелось кричать. Ей хотелось пнуть Авасаралу со станции в пластиковом аварийном пузыре, с запиской, прикрепленной к ее трости: "Сначала назначьте встречу". Ей хотелось увидеть, как МакКахил и Сантос-Бака смотрят на нее с обожанием и тревогой в глазах, опасаясь вызывать ее неудовольствие. Но ничего из этого не было вызвано Крисьен Авасаралой. Все это было вызвано тем, что случилось с Мединой.

– Вон, - сказала Драммер.
– Не будете так любезны, принести Мадам Авасарале чайник с чаем? У нас перерыв на час или вроде того.

– Разумеется, Госпожа Президент, - сказал Вон. Остальные поднялись со стульев. Сантос-Бака уделил секунду, чтобы пожать руку Авасаралы, прежде чем уйти. Драмер расчесывала подбородок, несмотря на то, что он не чесался, в нетерпении, пока не осталось никого, кроме них двоих. Когда она заговорила, тон ее был осторожным и размеренным.

– Если вы когда-нибудь снова подставите меня подобным образом, я найду способ заставить всех в Коалиции Земля-Марс прекратить принимать ваши вызовы. Я изолирую вас так, как никто никогда не был изолирован по эту сторону тюремных ворот. Вы проведете последние дни своей жизни, пытаясь уговорить стажеров принести вам кофе.

– Это было глупо, - согласилась Авасарала, наливая себе чашку чая, а затем еще одну для Драммер.
– Это моя вина. Я слишком остро реагирую, когда боюсь.

Она проковыляла через комнату и поставила чашку перед Драммер. Акт подчинения, точно рассчитанный, как и все что она делала. Был ли он искренним или нет, не имело значения. Это поддерживало ее в форме. Драммер взяла чай, подула по краю и отхлебнула. Поддержание формы было тем, за счет чего и она держалась в эти дни. Авасарала одобрительно кивнула и вернулась на свое место.

– Я тоже боюсь, - сказала Драммер.

– Я знаю. Это было какое-то страшное дерьмо, которое пришло от Медины. Этот корабль? Я никогда не видела ничего подобного. Я никогда не слышала даже слухов о чем-то подобном.
– Авасарала подняла свою чашку, отхлебнула и кивнула в сторону чая.
– Чай хороший.

– Мы выращиваем его здесь. Это настоящие листья.

– Все пищевые химики в системе никогда не смогут, лучше чем эволюция, создать приличный чайный лист.

– И как я могу облажаться?

– Пытаясь вернуть то, что ты потеряла, - сказал Авасарала.
– Ты, это больше не только ты. Ты заведешь советников, от всех сторон, у которых та же долбаная цель. Соберешь силы, чтобы вернуть Медину, найдешь способ координировать их, найдешь способ дать отпор Лаконии. Огромными усилиями и огромными затратами, продавишь нам путь обратно к status quo ante [18] .

– Ловушка невозвратных потерь? [19]

– Да.

– Так вы думаете...
– Драммер пришлось остановиться. Слова физически застряли. Она отхлебнула больше чая, чем обычно, и его температура ненадолго парализовала ее горло.
– Вы думаете, что мы не сможем вернуть медленную зону?

– Да откуда ж я, нахер, знаю? Но я знаю, что ты не можешь в качестве первого шага сделать шаг назад. И я знаю, насколько ты этого хочешь. Ты чувствуешь, вот, если бы я была достаточно умна, достаточно быстра, достаточно сильна, все не случилось бы так, как случилось. Но ты ошибаешься, не так это работает. И я знаю, каким прожорливым может быть горе. Горе сводит людей с ума. Меня свело.

Что-то не так было с воздушной смесью в комнате. Ничего из сказанного Авасаралой не было для нее новостью, но сочувствие в голосе старой женщины было хуже, чем крик. Огромный страх, широкий и жестокий, поднялся в животе Драммер. Она опустила чашку обратно, так что та цокнула о поверхность, и Авасарала покивала.

– У меня была информация о Дуарте в былые времена - сказала старушка.
– Марс тогда не хотел ничем делиться. Я думала, что это просто от неожиданности за то, что их поимел один из своих, ведь это был позор. И это была правда, но все-равно, после того, как я вышла в отставку, он стал моим хобби.

– Хобби?

– Рукодельничаю я дерьмово. Надо же было чем-то заниматься, - сказала она, помахав рукой. Затем, спустя мгновение, - Я нашла его тезисы.

Маленькая книжка, которую она протянула, была напечатана на тонкой бумаге с бледно-зеленой обложкой. Она была грубой на ощупь. Название было набрано простым шрифтом без украшений: "Стратегия на основе логистики в межпланетном конфликте", Уинстон Дуарте.

– Он написал это в университете, - сказала Авасарала.
– Пытался опубликовать, но это так нигде и не вышло. Но зато это привело его к должности в Марсианском Флоте, и поставило на путь карьеры.

– Так..., - сказала Драммер, пролистывая страницы.

После Свободного флота лучшие разведывательные службы в двух мирах разбирали жизнь этого человека настолько подробно, что можно было получить имена, данные при крещении, каждой блохи, которая его укусила. Я читала... хер знает, пятьдесят анализов? Возможно, даже больше. И все сводится к этим ста тридцати пяти страницам.