Шрифт:
2
Начни он просто школу посещать,Учись он ежедневно и помногу,Он не успел бы даже испытатьВоображенья раннюю тревогуО, пламенного климата печать!О, ужас и смятенье педагога!Как был он тих, как набожен! И вотВ шестнадцать лет уж вызвал он развод.3
По правде, я не слишком удивлен,Все к этому вело, судите самиОсел-наставник, величавый тонМамаши с философскими мозгами.Хорошенькая женщина и донСупруг, слегка потрепанный годами,Стеченье обстоятельств, как назло,Неотвратимо к этому вело. 4
Вокруг своей оси весь мир кружится:Мы можем, восхваляя небеса,Платить налоги, жить и веселиться,Приспособляя к ветру паруса,Чтить короля, у доктора лечиться,С попами говорить про чудеса,И мы за это получаем правоНа жизнь, любовь и, может быть, на славу.5
Итак, поехал в Кадис мой Жуан.Прелестный город; я им долго бредил.Какие там товары южных стран!А девочки! (Я разумею — леди!)Походкою и то бываешь пьян,Не говоря о пенье и беседе,Чему же уподобит их поэт,Когда подобных им на свете нет! 6
Арабский конь, прекрасная пантера,Газель или стремительный оленьНет, это все не то! А их манеры!Их шали, юбки, их движений лень!А ножек их изящные размеры!Да я готов потратить целый день,Подыскивая лучшие сравненья,Но муза, вижу я, иного мненья.7
Она молчит и хмурится. Постой!Дай вспомнить нежной ручки мановенье,Горячий взор и локон золотой!Пленительно-прекрасное виденьеВ душе, сияньем страсти залитой!Я забывал и слезы и моленья,Когда они весною при лунеПод «фаццоли» порой являлись мне. 8
Но ближе к делу. Маменька послалаЖуана в Кадис, чтобы блудный сынПустился года на три — срок немалыйВ чужие страны странствовать один.Таким путем Инеса отрывалаЕго от всех, казалось ей, причинГрехопадении всяческих: не скрою,Был для нее корабль — ковчегом Ноя.9
Жуан велел лакею своемуУпаковать баулы кочевые.Инесе стало грустно — потому,Что уезжал он все-таки впервыеНа долгий срок. Потом она емуВручила на дорогу золотыеСоветы и монеты; наш геройИз этих двух даров ценил второй. 10
Инеса между тем открыла школуВоскресную для озорных детей,Чей нрав неукротимый и тяжелыйСулил улов для дьявольских сетей.С трех лет младенцев мужеского полаЗдесь розгами стегали без затей.Успех Жуана в ней родил решеньеВоспитывать второе поколенье.11
И вот готов к отплытью Дон-Жуан;Попутный ветер свеж, и качка злая:Всегда в заливе этом океан,Соленой пеной в путников швыряя,Бурлит, чертовской злобой обуян.Уж я-то нрав его отлично знаю!И наш герой на много-много днейПрощается с Испанией своей. 12
Когда знакомый берег отступаетВ туманы моря, смутная тоскаНеотвратимо нас обуреваетОсобенно, конечно, новичка.Все берега, синея, исчезают,Но помню я — как снег и облака,Белея, тают берега Британии,Нас провожая в дальние скитания.13
Итак, Жуан на палубе стоял.Ругались моряки, скрипели реи,Выл ветер, постепенно исчезалДалекий город, пятнышком чернея.Мне от морской болезни помогалВсегда бифштекс. Настаивать не смею,Но все же, сэр, примите мой совет:Попробуйте, худого в этом нет. 14
Печально он на палубе стоял,Взирая на Испанию родную.Любой солдат, который покидалСвою отчизну, знает боль такую;Любой душой и сердцем трепетал,Любой в минуту эту роковую,Забыв десятки гнусных лиц и дел,На шпиль церковный горестно глядел.15
Он оставлял любовницу, мамашуИ, что важней, не оставлял жены.Он сильно горевал, и — воля вашаВы все ему сочувствовать должны:И нам, испившим опытности чашу,Часы прощанья все — таки грустны,Хоть чувства в нас давно оледенели,А наш красавец плакав в самом деле. 16
Так плакали Израиля сыныУ Вавилонских рек о днях счастливых,И я б заплакал в память старины,Да муза у меня не из плаксивых.Я знаю, путешествия нужныДля юношей богатых и пытливых:Для упаковки им всего нужнейЛистки поэмы ветреной моей.17
Жуан рыдал, и слез текли ручьиСоленые — в соленое же море«Прекрасные — прекрасной» — ведь сииСлова произносила в ЭльсинореМать принца датского, цветы своиНа гроб Офелии бросая. В горе,Раскаяньем томимый и тоской,Исправиться поклялся наш герой.