Шрифт:
34
Ничто так ре способно утешать,Как добрый ром и пламенная вера:Матросы, собираясь умирать,И пили и молились свыше меры;А волны продолжили бушевать,Клубились тучи в небе мутно — сером,И, вторя вою океана, ввысьПроклятья, стоны и мольбы неслись.35
Но Дон-Жуан один не растерялся,Находчивость сумел он проявить:Он вынул пистолет и попыталсяБезумство на борту остановить,И экипаж ему повиновался;Они страшились пули, может быть,Сильней, чем волн, хоть моряки считают,Что во хмелю тонуть им подобает. 36
Идти ко дну готовясь через час,Они просили грогу. Но упорноЖуан им отвечал: «Меня и васПогибель ждет, но умирать позорноВ обличье скотском!» Власти подчинись,Ему внимали пьяницы покорно,И сам Педрилло, выбившись из сил,Напрасно грогу у него просил.37
Старик несчастный был разбит совсем:Он жаловался громко, и молился,И каялся в грехах, и клялся всем,Что он теперь вполне переродился;Теперь, не отвлекаемый ничем,В науки б он прилежно погрузился,Никто его не мог бы соблазнитьДля Дон-Жуана Санчо Пансой быть. 38
Потом опять надежда появиласьК рассвету ветер несколько утих.Но с прежней силой течь возобновилась;Усилий не жалея никаких,Команда вновь за помпы ухватилась,А два десятка слабых и больныхНа солнце сели, кости прогреваяИ к парусам заплаты пришивая.39
Желая течь хоть как-нибудь унять,Они под киль поддели парусину.Пусть кораблю без мачт не совладатьС разгулом урагана и пучины,Но никогда не нужно унывать,Встречая даже страшную кончину!Хоть умирать приходится лишь раз,Но как — вот это беспокоит нас! 40
Швыряли волны их и ветры билиПо воле и по прихоти своей.Матросы и руля не укрепили,И отдыха не знали много дней,Но ждали все же наступленья штиля(Надежда подкрепляет всех людей).Корабль, конечно, плыл еще куда — то,Но по сравненью с уткой — плоховато.41
Пожалуй, ветер стал ослабевать,Зато корабль держался еле-еле,И все, кто начал это сознавать,Насупились и явно оробели;Притом воды им стало не хватать.Напрасно в телескоп они глядели:Ни паруса, ни полосы землиЛишь море предвечернее вдали. 42
А к ночи снова буря разыгралась,И в трюме и на палубе опятьВода, как накануне, показалась.Все знали, что теперь несдобровать.Все помпы отказали. ОставалосьНа жалость волн и бури уповать,А волны столь же к жалости способны,Как люди в дни войны междоусобной.43
Вот плотник, со слезами на глазах,Измученный, явился к капитану.Он был силен, хотя уже в годах,Не раз уж он по злому океануОтважно плавал, и отнюдь не страхЕго заставил плакать, — но не странно,Что он заплакал: он семью имелИ в страшный час детей своих жалел. 44
Корабль тонул. Мольбы и заклинания,Все пассажиры начали кричать:По сотне свеч угодникам заранееНесчастные старались обедать.Иные в этом хаосе стенанияСпешили шлюпки на море спускать.Один к Педрилло бросился в смятенье,Прося хоть у него благословенья.45
Иные наряжались, торопясь,Как будто на воскресное гулянье;Иные рвали волосы, крестясь,И плакали, кляня существованье;Иные, в лодке плотно умостясь,Утешились на время от сознанья,Что лучше корабля хороший челнПротивиться способен гневу волн. 46
Но, к сожаленью, в этом состоянье,Усталые от страха и тоски,Они тащили в диком состязаньеКуда попало кадки и тюки.Ведь, даже умирая, о питаньеМечтают люди, смыслу вопреки!Но в катер погрузили очень мало:Мешок с галетами и бочку сала.47
Зато в баркас успели взять и ром,И хлеб, слегка подмоченный, и мясоСвинину и говядину; притомВоды бочонок взяли для баркасаИ даже пять огромных фляг с виномПо существу, немалые запасы!Хотя при обстоятельствах такихИ на неделю б не хватило их. 48
Все остальные лодки потерялиВ начале шторма. Впрочем, и баркасБыл в жалком состоянье и едва лиМог долго продержаться. Но сейчасНе думали об этом: все мечталиЗа борт скорее прыгнуть, чтобы часУрвать у жизни: всем уж ясно стало,Что лодок для спасенья не хватало.49
Вот сумерки, как лиловатый дым,Над водною пустыней опустились;Ночь надвигалась облаком густым,И лица всё бледнее становились:За этой пеленой, казалось им,Черты чего — то гневного таились.Двенадцать дней их страх сводил с ума,Теперь его сменила смерть сама.