Первые листы содержали мою биографию. Весьма подробную, вплоть до школьных фотографий и характеристик с мест работы. Основные контакты из авантюр за последний год, многих знакомых даже допросили. Хотел отложить документы в сторону, но взгляд зацепился за семейное положение. Если верить бумагам, у меня действительно рождалась дочь. Скверно. Раз работники Фонда допускают такие неточности, то другая информация тоже под вопросом. Следом шло описание демона, который упоминался как 3001-1. Чёрный маркер закрашивал целые страницы, оставляя лишь небольшие островки текста:

3001-1 не вписывается в рамки классической мифологии и общей теософии …когнитивная угроза… Внедряется постепенно, ломая… массовые жертвоприношения… Смена носителя зависит от неизвестных факторов… Не установлены последствия нарушения договоров (требуются дополнительные эксперименты)... связь с артефактом 3001-2 и распространение его частей приводит… носитель защищает 3001-2 ценой собственной жизни… рекомендовано ограничить…

Похоже Фонду известно ещё меньше, чем мне. После трёх полностью замазанных страниц шли списки возможных прошлых носителей шкатулки. В основном малоизвестные, не примечательные личности. Разве что кончалось все одинаково: череда самоубийств и странных смертей. Причём затрагивающих не только хранителя артефакта, но и многих родственников и ближайших знакомых. Особняком стоял Есенин. Приятно чувствовать себя правым: поэт замешан в этом. Хотя сухие строчки мало что прояснили:

3001-1 Инициировал отношения с Энджелой Дункан и последующий разрыв (Примечание Куратора: Проверить несчастный случай с шарфом. Подозрительно близкие даты). В течении 5-7 лет расшатывал психику, вызывая нарушение сна и обширные галлюцинации. Носитель не выдержал давления. Суицид.

Телеграмма от носителя. 15 сентября 1924 г. Тифлис: “Что такое и кто — Есенин”

Выдержки из дневника носителя: “Положение мое скверное и хуже день ото дня. Он не уродлив, а безупречно аккуратен. Истинное зло. Учтите, уважаемые, когда дьявол стучится в дверь, у него нет копыт. Он – красив и предлагает то, чего тайно жаждешь всем сердцем. Мой поезд уже ушел, я поддался искусу”.

Еще несколько выдержек из переписок, свидетельства современников. Очень увлекательное чтиво, но с практической точки зрения понятно одно: демон умеет ждать, если нужно. Поэт нарисовал его портрет в сюртуке и шляпе, в отражении. Зацепки всё те же: зеркала и сон. Но времени на проверку гипотез катастрофически не хватает. До назначенной встречи оставался всего час, а мне нужно еще найти свою машину и добраться до места по утренним пробкам.

Разложив папку на батарею, я аккуратно переступил через храпящего гаитянца и спустился во двор. Переправка негра на родину могла затянуться. Понятия не имею, как Фонд осуществил перелёт, но Папаша в принципе не понимал, зачем нужен паспорт. Восстанавливать его через официальные источники слишком долго. Хорошо хоть виза не понадобится, но билет на самолёт и липовые документы стоят денег, которых у меня пока нет.

Автомобиль нашелся на том же месте, где я его оставил. Возможно Павел не умел водить и поэтому машиной не воспользовались. Несмотря на месяц простоя, двигатель послушно заурчал с пол-оборота. Хоть что-то неизменно в этом мире. В бардачке нашелся мой бумажник, а внутри восемь тысяч пятьсот рублей. Ровно столько я пихнул в карман Павлу в тот злополучный день. Аккуратный мальчик, чужого не берёт. Чего не скажешь о ведьме. Главное, что Агафья не наложила руки на вещи, хранящиеся в багажнике. Наверняка сочла это мусором: старые ёлочные игрушки, открытки, пионерские галстуки смешанные с красными флажками и крупный бюст Ленина. На самом деле, это было настоящее богатство. Куда ценнее тех мистических безделушек, что выгребли из квартиры.

Моё отношение к деньгам в последние годы укладывалось в емкую фразу: “Они должны быть”. Прекрасно понимая сколько достойных людей потратили целую жизнь на добычу золота, я старался избегать алчности и излишнего накопительства. И в то же время, остаться без средств к существованию в мегаполисе – незавидная участь. Поэтому я всегда оставлял пути отхода: небольшие лазейки для быстрого заработка. Находящиеся в багажнике предметы – одна из таких возможностей. Вещи, бесценные для определенных коллекций. Когда речь заходит об антиквариате, люди чаще всего представляют пыльные золотые люстры, масляные картины и прочий хлам, которым забиты ломбарды. На самом деле основные деньги зарабатываются на всякой ерунде, вроде старых журналов и редких значков. За несколько лет, проведенных в этой среде, у меня скопились нужные контакты коллекционеров. Советскую символику собирал бывший партработник, елочные игрушки – настоятель местной православной епархии. Я никогда не спрашивал, что они делают со старыми вещами, но порой узнавал случайно. Например, дочка владельца скульптурной галереи дорого скупала крупные картины. Несколько месяцев я искал по всему городу и свозил ей огромные полотна, чтобы потом обнаружить их на помойке. Девушка вырезала изображение и выбрасывала его, оставляя себе только раму. Такие вот ценители искусства. В любом случае, это личное дело коллекционера, что творить с предметом. Моя задача – удовлетворить их запросы и получить деньги. Обычно такой заработок не занимал много времени: достаточно назначить пару встреч. Но глупо делать это сейчас, рискуя опоздать на разборки с Андерсеном. Мягко надавив на педаль газа, я покатил по утреннему Петербургу.

На светофоре улыбчивый молодой человек пихнул мне красочный каталог с проститутками. Юные и не очень красотки улыбались, выставляя оголенные формы. Рядом – телефоны с возможностью связи по популярным мессенджерам и приват чата. До чего дошел прогресс. Одно время весь город заполонили листовки с откровенными предложениями. Потом начали креативить: реклама краской на брусчатке, голограммы на стенах зданий и прочее. Теперь модно в пробках раздавать любовь, как горячий кофе на вынос. Наскоро пролистав буклет, я запихнул его в бардачок. Учитывая мой возросший интерес к противоположному полу, это будет не лишним.

Кондитерская “Север” располагалась в нескольких метрах от “MashitaSS”. Но эти заведения разительно отличались друг от друга. Раменная стояла внутри двора, в приятной тишине, а кондитерская – прямо на людном перекрёстке. Это было типичное сетевое заведение с запредельными ценами на кофе и микроскопическими пирожными по цене приличного торта. Я вообще был неприятно удивлён стоимостью сладкого в северной столице. Даже в обычном супермаркете они больно били по карману. Может кондитерские фабрики заключили картельный сговор?