– Вперёд, плыви!

Я осекся, проглотив очередную колкость. Ни следа городских шпилей и вообще какого-либо берега. Вода у борта кристально чистая, не сравнить с Невой. На небе ярко светили три огромные луны. Интересно, что бы сказала Агафья про существование иных миров, очутившись здесь? Но больше всего напрягала тёмная туча на горизонте. Проведя последние годы в Питере, я знал как выглядит непогода. Сейчас на нас надвигался шторм такой силы, что вода под тучей вздымалась не волнами, а закручивалась огромной, расширяющейся воронкой. Эта штука разнесёт нас в щепки.

– Мммать…

– О, вопросы резко кончились? Если возникнут гениальные идеи, я сижу в каюте капитана. Но буду крайне признателен, если не увижу твою рожу. До самого конца.

Каин зажёг очередную сигару и оставил меня в одиночестве. Забираясь на борт, я предполагал, что придётся сражаться с конкретным человеком или артефактом, а не с природным катаклизмом. Ничего не смыслю в штормах и смерчах, а тем более в корабельном деле.

Вместо того, чтобы предаваться отчаянью как Каин, я решил обыскать палубу. Благодаря трем лунам всё просматривалось даже лучше, чем днем. Не зря новоиспеченный капитан никого сюда не пускает: верхняя часть корабля слабо похожа на круизный лайнер. Под ногами валялось много сетей, гарпунов всех форм и размеров, пара древних костюмов ныряльщиков для погружения. Некоторые вещи выглядели настолько специфически, что я не понимал их назначения. Тем более не мог воспользоваться чем-либо.

Вспомнился список жертв прошлых лет. Уверен, агенты Фонда испробовали всё возможное. Учитывая, что никто из них не вернулся, чтобы доложить об успехе, шансов у меня немного. К счастью, мне доступно кое-что, превышающее силы обычного человека.

Из ларца, напоминающего противопожарный, я достал двойной канат и крепко привязал себя к стойке для якорной цепи. Не хотелось бы, чтобы моё тело смыло за борт, пока я осматриваю окрестности. А дальше начались трудности.

С момента принятия зелёного леденца моя физическая оболочка пребывала в абсолютном блаженстве. Я был сыт, чист, выспался и сознание упорно не желало покидать тело. К тому же, я долго не практиковался, навык мог забыться.

Чувствуя себя полным идиотом, я принялся бить кулаками по якорю, сбивая костяшки до крови. В идеале, необходимо увечье, но с моим болевым порогом это опасно. Сломать руку с помощью подручных средств — дело нехитрое. А вот как срастить её обратно без леденцов и не потерять сознание? Сосредоточившись на чувстве боли, я пожелал от него избавиться, и проекция наконец удалась. Отвратительный способ, надо придумать что-нибудь попроще.

Полетать внутри корабля не вышло. Он как будто был создан из того странного стекла, используемого в Фонде для подавления псиоников. В ночном небе не нашлось ничего интересного. Воронка шторма разворачивалась слишком далеко, чтобы до неё долететь. Вода разочаровала ещё больше. В самой глубине тоже не было ничего необычного. Прозрачная жидкость позволяла видеть на достаточное расстояние, однако смотреть оказалось не на что. Я подсознательно ожидал монстров с щупальцами или хотя бы акул, но всё было спокойно. Вокруг корабля можно без страха плавать. Вот только куда?

Возвращаясь в свое тело, я обратил внимание, что часть корабля, находящаяся под водой, отличалась от верхней палубы. Местами днище напоминало распухший бесформенный мешок, словно на судно налип массив кораллов. Неудивительно, учитывая реальный возраст “Алого Короля”. С другой стороны, почему так хорошо сохранилось всё остальное? Из какого материала вообще сделана эта штука?

Отвязав канат, я какое-то время бродил по палубе, трогая разные вещи. На ощупь ничего необычного: металл, дерево, лён. Шум от пассажиров благополучно гасился, а буря была ещё слишком далеко. Тишина от штиля напрягала. Я все пытался понять, как избежать угрозы, но не понимал даже откуда её ждать.

Учитывая произошедшие в последнее время неприятности, разум подсказывал самые кровавые решения. Но в них было ещё меньше смысла, чем в одиночном заплыве к далёкому горизонту. Сокращение числа пассажиров слишком простой способ, уверен, это происходило не раз и не два.

Закрыв глаза, я настроился на людей, которых касался. Пассажиры распределились по доступным каютам, трое остались выпивать в баре, один беспорядочно мельтешил по коридору. Должно быть, это мальчик, привкус его мыслей отличается свежестью. Остальные сигналы сливались в общий шум. Простые желания, печаль от упущенной компенсации за пропуск рейса, лёгкая эйфория от предстоящего путешествия. Такие разные внешне, эти мужчины и женщины внутри оказались похожи, словно однояйцевые близнецы. Как это возможно? Жили в схожем окружении, смотрели одни и те же передачи? Но ведь возраст тоже различен: от старушки до мальца.

Отслеживание одиннадцати людей одновременно не пошло мне на пользу: закружилась голова и потекла кровь из носа. Огоньки чужого сознания ярко мерцали в темноте, давили на закрытые веки. Вдруг стало легче. Два сигнала с небольшим интервалом мигнули и погасли. Что за ерунда? Заснули? Я поглядел на далёкую воронку шторма. Казалось, она не продвинулась ни на метр. Может, буря лишь отвлекающий манёвр и жертвоприношение уже началось? В третий раз за сегодня я поспешил к лестнице. По пути едва не столкнувшись с Чёрным человеком. Он был особенно весел.

– Пришло время научиться новому, ученик!

Отмахнувшись как от назойливой мухи, я прошёл призрачную фигуру насквозь. Однако существо зависло перед моим лицом, мешая следить за крутым спуском. Не хватало ещё свернуть шею.

– Отвянь. Я борюсь за выживание.

– Умничка. Лишь под давлением обстоятельств можно расти. Я считаю, что ты слишком зажат, напряжён.

– Сам знаю, – хмуро процедил я сквозь зубы. Возможности победить неизвестную аномалию уменьшались с каждой минутой. Погас ещё один огонёк, и теперь я уже не сомневался, что некоторые пассажиры погибли. Их сознания просто угасли.