Не знаю я, чем у них переписка закончилась, да только через час счастливый и довольный барон затягивал пояс на новой рубахе с ярко-красным гербом. Видать из дома прислали чистую и свежую, взамен пропахшей рыбой.

– Значит, улов направим по домам. – Провозгласил он, указав на три туши.

– И цветы не забудьте. – Добавила я. – Чтобы красивые и букетом.

– Зачем цветы?

– Ладно. Можно не цветы. А что можно из леса отправить, в качестве благодарности?

– Много чего, - деловито ответил Кешик и сел к столу. Хотелось напомнить, что прошлые его послания привели к рыбьим потрохам, но вовремя сдержалась. Вряд ли он первый год в браке, разберется сам, ссылаясь на прошлый опыт.

Не прошло и десяти минут, как он засобирался, и прочие последовали примеру. На мой удивленный взгляд, когда каждый из них начал упаковывать оставшееся от «посылки», Герман пояснил, что возвращать еду у них не принято. Хлопками вернули только пустые приборы.

– Собираемся, у нас еще день пути и краткосрочная остановка в храме. – Провозгласил барон и направился к черному коню. К слову, попона уже знакомого скакуна была такой же праздничной, как и одежда барона Кешика.

– Галя, ко мне!

– Ага, еще «фас» скажи!

– А что, поможет? – Поинтересовался Кешик.

– Нет. Я же не собака.

– А кто ты? – прищурился он улыбаясь. – Жертвенница?

– Я человек, Зовут Галя, фамилия Гаря, а жертвенницей меня черт первым назвал, он же сюда и затянул.

– Как? Сам господин Нардо?

– Если он высокий брюня с синими глазами, то да.

– Вот те раз… - выдохнул барон. Он посмотрел на меня, как на неведомую зверюшку, отчего я непроизвольно ощупала лицо на наличие пяточка и рожек.

– Тебя выбрал Нардо? – В унисон спросили остальные.

Ничего нового на лице не обнаружилось и на теле тоже, как я ни смотрела. Но взгляд барона теперь разделяла и вся его свита. Они даже стали полукругом, удерживая лошадей под уздцы.

– Мне кто-нибудь что-нибудь разъяснит? Или вы так и будете стоять и смотреть?

В это мгновение еще недавно сизое небо заволокло серыми тучами, и грянул гром.

– Ладно, тогда расскажите хоть, кто такая жертвенница?

Молния ударила в ближайшее дерево, и осветила группу людей под ним. Злые физиономии незваных гостей были смутно знакомы. Кажется, это те самые охотники короля с луками и стрелами с хорошим прицелом.

– Вот черт!

***

Нардо перестукивал пальцами по белоснежной поверхности стола. Бабушка вновь предложила отдать котлы первенцу четы, и на этот раз родители согласились. Теперь и здесь дел прибавится, удрученно думал он.

– В твои владения перейдут все тринадцать котлов, три тысячи бесовской силы. – Сообщила мама.

– И дополнительные два озера. – Добавил отец.

– Что? – вопросила бабушка.
– Два озера?!

– На самом деле за Нардо уже было закреплено четыре водных объекта и обслуживающий их персонал. – Не без гордости сообщил глава семейства.

В кабинет вошел один из бесов и сообщил, что столы накрыты. Но есть сейчас никто не захотел. В семье назревал скандал, в ходе которого лучше подальше держаться от колющих и режущих. Почуяв неладное, новый владелец тринадцати котлов ретировался за дверь.

И решил узнать, как дела у Гали обстоят. Хохот беса Степаненко еще за дверьми слышен был. Отчего в коридоре столпилось еще пятеро бесов из прислуги. Когда Нардо послал из заниматься своими делами и открыл двери, перед ним предстала невиданная картина: громко похохатывающий бес лежит на ковре перед зеркалом всевидящего ока и за бока свои держится.

– Ну и что там?

– Сейчас… Завтракают в обед!

– Бес, а сколько времени прошло?

– У нас шестнадцать минут, а у них двое суток. – Ответил бес, утирая слезы. – Хозяин, Вы бы видели, какая она покладистая в момент опасности.

– И на лошадь села?

– Вначале ее силой закинули, а когда духи объявились поблизости, так сама к коню подскочила.

– Духи? Степаненко, что ж не позвал?

– Так оторвались они. Одна беда, ей тяжко пришлось.

– Домой просилась. – Рассудил Нардо.

– Так они ее и отправили.

– Что значит - отправили? Как посмели мою жертвенницу обратно отправлять?

– За мазями лечебными отправили, а там…

– Что там?

– А там грабителей двое. Так Лютый, вот этот, - он на мужика в зеркале указал. – Их за дверь стеклянную выдворил.

– Да неужели, сам барон Кешик жертвенницу увел!

– Он самый, я поначалу тоже не признал, думал разбойничья стая.

– Что же теперь отмылись, ко дворцу правителя у них еще день пути.