— Вот и замечательно… — Пиропсих потер ладони, затем запрыгнул на трон и встал в полный рост. — Господа! Я понимаю, что вы собрались здесь по совершенно иному поводу. Но то, что начнется буквально через минуту гораздо интереснее. Поэтому настоятельно рекомендую подсуетиться и замутить тотализатор. Что касается вас, уважаемые бойцы… Хилки и бафы можете хоть жопой есть, но никаких петов. Все исключительно раз на раз.

Нэвилл больше не обращал внимания на отшельника. Он достал меч — громадину из черной стали с широким клинком под два метра длиной, зазубренным с одной стороны, — и полностью сосредоточился на Матвее. «Брокен Ворлд» отлично визуализировала эмоции игроков, и Климов видел, насколько противнику не по себе.

«Его неопытность — мой козырь», — настраиваясь, мысленно проговорил он.

Пиропсих задрал голову, выкрикнул «гонг!»

— Поехали… — прошептал Матвей.

Следя, чтобы противник оставался на расстоянии, он принялся бафаться. Скорость, сила атаки, выносливость, защита…

Нэвилл, высоко подняв меч, кинулся вперед. Взмахнул оружием — раз, другой… Во время третьего удара на клинке вспыхнули красные символы, а сталь объяло серым дымом. Пиропсих рассказывал об этой особенности меча: каждый третий удар был опасен не только уроном, но и весьма мерзким дебафом, искажающим зрение. Все вокруг стало бы черно-белым, размытым, пошло бы волнами… Разумеется, воевать в таких условиях гораздо сложнее.

К счастью, Матвей успел отступить. Сам он не торопился переть танком, несмотря на соответствующий тип персонажа. Опыт опытом, но разницу в уровнях никуда не деть. Тут преимущество на стороне противника.

А тот, даже не дождавшись, когда восстановится стамина, вновь атаковал. И махал клинком, пока не выдохся. Матвей не мог этим не воспользоваться — кинулся вперед и снес Нэвиллу первые хиты. Причем последний удар получился критическим, и полоса жизни противника укоротилась процентов на двадцать.

— Йеху-у-у! — Пиропсих подпрыгнул на троне и замахал руками. — Давай, дружище Клайм! Бей бюрократа! Ты знаешь, что мне за это обещано!

Климов застыл, точно попав под парализующее заклинание. Лишь повернул голову, глядя на друга. Торжествующего, полного надежды…

«Ложной надежды», — поправил Матвей сам себя.

Горечь жгучим ядом обволокла сердце. Только сейчас он понял, насколько безоговорочно друг верил в данный ведьмой шанс.

«Внимание! Вы получили критический урон!»

Сообщение… Словно пощечина. А Нэвилл уже опускал меч для очередного удара. Третьего, дебафящего — Матвей видел непрекращающееся скольжение дыма по чудовищному клинку.

— В сторону! — рявкнул Пиропсих.

Климов успел — в последний момент. Перекатился, и демоноборец рубанул воздух. А Матвей, вновь оказавшись на ногах, отступил и отхилился.

Одного крита от Нэвилла хватило, чтобы снести сорок семь процентов ХП. Больше подставляться нельзя…

— Вот так! Сосредоточься! — неистовствовал отшельник. — Мы здесь не для того, чтобы налажать! Я жить хочу!

Жить…

Матвей вновь отступал, глядя на спамящего ударами кланлида. Вот оно, отсутствие боевого опыта во всей красе — максимум затрат, минимум эффективности…

Атаковал Нэвилл яростно, явно желая показать, кто здесь хозяин.

«Да пожалуйста, сколько угодно, — выносливость противника вновь скатилась практически в ноль. Климов использовал несколько бафов, приблизился и начал рубить. — Плевать, каким путем ты пришел к успеху. Я ничего не имею против тебя. Но мне нужен твой меч…»

Нужен ли?.. А зачем?.. Принести ведьме, чтобы она дала несчастному умирающему парню Егору второй шанс?

«Это лишь официальная версия. Обещание. Для таких, как она, это ничего не значит…» — Матвей вернулся к обороне.

А Нэвилл, чье здоровье было почти уполовинено, снова попер. Он напоминал боксера, который проигрывает и рвет жилы, стремясь нагнать по очкам, а при наилучшем раскладе и нокаутировать. Но пока все было без толку — слишком предсказуемо, чересчур нерационально.

И за это глава демоноборцев расплачивался хитпоинтами…

Возможно, в реале Нэвилл и вправду занимается боксом. Или каким-нибудь боевым искусством. Или хоккеем. Или шахматами. Он может заниматься чем угодно, поскольку невероятно богат — в первую очередь, тем богатством, которое держится не на денежном фундаменте. Нэвилл здоров и свободен, перед ним открыты все дороги. Он может выйти и погулять с друзьями, когда вздумается. Ему не приходилось видеть любимую в клетке, плачущую и до смерти напуганную… Или звать кого-то, если зачесался подбородок, потому что сам решить эту «проблему» не в состоянии… Или терпеть жуткую боль, будучи вырванным из игры посредством магического портала… Или проклинать свои костлявые скрюченные ноги за то, что не позволяют уместиться в вирт-капсуле…