Все остальные, мгновенно забыв об арфе, принялись внимательно всматриваться в облака. Флори и Лили еще глубже погружались в белую пелену.

Слепящая вспышка внезапно озарила все вокруг. За ней последовала другая. Подруги похолодели от страха, потому что рокочущий бас, прогремевший, как гром, вслед за вспышками, казалось, расколол небеса и прокатился гулким эхом по всему раю:

– Мои Врата! Мои Жемчужные Врата!

После короткой паузы, когда святой Петр словно собирался с мыслями, очередной громовой раскат сотряс все вокруг.

– Лилиан!

Флори видела, как румяное лицо подруги приобрело серовато-белый оттенок.

– ЛИЛИ-А-А-АН! Иди ко мне немедленно!

– Ой-ой-ой! – сочувственно прошептала Флори.

– Шшш! – оборвала ее Лили. – Здесь он нас все равно не найдет.

Все повышая голос, святой Петр прокричал ее имя еще дважды. Одна из сосулек, не выдержав столь сильной вибрации, отломилась и с хрустальным звоном упала на ногу Лили. Следующая вспышка была столь яркой, что едва не затмила солнце. Даже стены Иерихона не выдержали бы громового удара, раздавшегося после нее. Лилиан и Флори, охваченные ужасом, распластались и закрыли головы руками. Сосульки хрустя падали вокруг них, а облака метались и постепенно рассеивались.

Подруги одновременно открыли глаза и, осторожно приподнявшись, встретили гневный взгляд святого Петра. Высокий, сердитый, он стоял прямо перед ними, нетерпеливо притопывая ногой, обутой в золотую сандалию.

Едва шевеля онемевшим языком, Лилиан подняла руку:

– Приветствуем вас… – Поскольку Петр хранил суровое молчание, она робко добавила:

– Удивительно, мы только что говорили о вас…

Ей показалось, что взгляд Петра стал еще строже.

– То есть я только что сказала Флори, – она незаметно толкнула ногой все еще не решавшуюся подняться подругу, – так вот, я сказала: «Флори! Я готова побиться об заклад, что святой Петр, то есть вы, сэр, непременно будет нас искать, но ни за что не найдет среди этих сталагмитов». Ведь правда? – Теперь, когда дрожащая Флорида стояла рядом, Лили ткнула ее в бок.

Та таращила глаза и молча кивала, подтверждая слова подруги и напоминая сейчас дятла, долбящего неподатливый ствол дерева.

– Однако вам все же удалось нас отыскать! – воскликнула Лили. – Но как?

Святой Петр выразительно подбросил на ладони горсть перьев, выпавших из крыльев Лили:

– Кто-то разнес Врата рая!

– Как? Неужели Жемчужные Врата, ваши любимые Жемчужные Врата кто-то дерзнул… Может, внезапная молния? Заблудившийся астероид? Небесный катаклизм?

Святой Петр заметил, как что-то сверкнуло в волосах Лилиан, быстро протянул руку, а затем в зловещем молчании раскрыл ладонь, продемонстрировав маленький осколок жемчуга.

Заложив руки за спину, Петр расхаживал перед застывшими Лилиан и Флори.

– Ты согрешила уж тем, что помыслила совершить какое-то, пусть самое маленькое чудо. – Он ткнул в Лили пальцем, словно председатель суда присяжных, выносящий обвинительный вердикт. – Вот что ты натворила!

Она кивнула.

Петр остановился, сделал еще один эффектный жест и снова начал ходить, как профессор перед аудиторией.

– Благородное предназначение ангелов – защищать, охранять и воспитывать все человеческое племя, – он остановился напротив Лили, – а вовсе не издеваться над кем-то из этого племени.

– Сэр, дождь, который я хотела вызвать, должен был сослужить добрую службу. Я увидела над Римом зарево пожара и… – Лили подняла на Петра полные слез глаза. – Больше такого не повторится.

Молчание апостола длилось невыносимо долго. Неужели он не поверил? Ведь Лили действительно не хотела принести никому никакого вреда. Такое ей и в голову не приходило! Она смущенно переминалась с ноги на ногу. Пауза слишком затянулась, но ни Лили, ни тем более Флори не решились нарушить глубокомысленного молчания.

Наконец святой Петр глубоко вздохнул, и Лили застыла, готовая выслушать приговор.

– Боюсь, на этот раз я ничем не смогу тебе помочь.

– Совсем ничем? – пролепетала Лили.

– Ничем!

– О нет! – всхлипнула Флори.

Архангелы сочувственно перешептывались. Лили, опустив голову, стояла перед Петром, не находя в себе сил ни пошевелиться, ни сказать что-либо в свое оправдание.

– Пожалуйста, сэр, – взмолилась Флорида, – она же не помышляла ни о чем дурном… Пожалуйста!

Петр покачал головой:

– Я ничем не могу помочь. Существуют незыблемые правила.

Свет померк для бедной Лилиан. Облака, белые и пушистые, казалось, превратились в черные тучи. Затуманенными от слез глазами она огляделась, понимая, что утрачена последняя надежда и у нее нет никаких шансов на снисхождение. Лили ощущала стыд и полную безысходность.