Подошли к конюшне. Конюх вывел уже оседланного жеребца. Зовут Вихрь. Конь был истинно княжеский: мощный красавец белого цвета, одним словом — буцефал. Такого на рынке не купишь. Я уже уверенно вскочил в седло, простился с боярином, как положено, на словах, поклонился в пояс хорошему человеку и ускакал.

Ехал и думал, что в принципе, никто мне и тут не мешает. Какой же смысл менять шило на мыло, куда-то переезжать? Если бы там налоги были поменьше. А тут народ весь знакомый, тоже большое дело. Приехал, распряг жеребца, пустил гулять по двору. Ну, теперь за выборами можно не следить — моя совесть чиста, подарки отработаны.

День был пасмурный, накрапывал дождик. Накинул плащ и пошел гулять с собаками и кобылкой. Попытки выманить из дома хозяев, успехом не увенчались. А одному мне с двумя лошадями не справиться. Так и дошли до леса по холодку. Устав от дождя и хмурости погоды вернулся на двор.

Позанимался с Марфой, и ушел в дом. Люба позвала завтракать. Рассказал Игорю про Вихря.

— И что, хороший конь?

— Очень.

— Надо же, как у тебя все просто. Спел песенку и получил хорошего жеребца.

— Да и у тебя очень похоже идут дела: помахал руками и иди на рынок за коником.

Посмеялись. Рассказал им про строительство брички.

— Надо же, — поразился ведун, — как все просто и какая защита человеку! Считай дом на колесах. А кучер мокнуть будет?

— Отнюдь, — сказал я.

Объяснил про устройство навеса над кучером, утепление пассажиров зимой пологом, несколько работающих вместе лошадей, тройка, шестерня идущих цугом коней.

— Чего их, коняшек-то, зря умаивать? А кучей им тащить кибитку полегче.

Поглядев на жену и вспомнив о ее минимальной степени информированности, Игорь заметил:

— Интересный край Кострома! Сколько всего тамошний народ придумал! И лесопилки, и кареты…

— А ведунов не было и нет, — подхватил я, — и от этого народ поголовно чахнет.

Повеселились в очередной раз.

Доложил о будущих усовершенствованиях фаэтонов: изготовлении рессор, установке откидывающегося верха, постановке ступеньки для подъема внутрь, устройстве мягких сидений, окраске наружной части и покрытии ее лачком, отделке внутренней части разными тканями, остекление окон с форточками и без, порожек сзади для сундука.

— А рессоры — это что такое?

— Это для тех, кто не любит набивать шишки на лбу и затылке и прикусывать кончик языка. Такой человек и поставит такую конструкцию, — и изложил ее устройство.

— Замысловато, — крякнул хозяин дома.

Да, дружок, по-настоящему сложных вещей, типа устройства современного телевизора, тебе и не увидеть. А то бы до старости сидел и гадал: а как ящик с этими проводками движущиеся картинки показывает?

— А зачем по Новгороду сундук?

— За городом пригодится: везти деньги и самоцветы, одежду, дорогие специи, защитить от дождя быстро ржавеющее оружие.

— Ящик же будет падать?

— Веревками крепится. Но все это — на любителя. Очень богатого. Хоть золотом обобью, не упущу выгоду.

Поболтали еще и я отправился на рынок верхом на коне. Бричка уже была готова и сияла зелеными боками. Впряг жеребца, сел на козлы. Поехали!

Сначала объехали базар — затарились несколькими мешками ячменя, который так любят лошади. Пара мешков крупы коляску тоже не отяготили. На прощанье, подумав о дождях и заехав в нужный ряд, взял ведро белых грибов, подосиновиков и подберёзовиков. Других, типа сыроежек и валуев, груздей, чернушек и волнушек я не отличал от поганок и не брал. Наложил кусков завозного и дорогущего сахара. У меня без него резко ослабевает память. Ухватил две разные по размеру сковороды. Любаша жареной еды что-то не дает.

Народ, пока я неспешно трусил по дороге, останавливался и глядел мне вслед. Полезные моему делу слухи теперь распространятся по Новгороду. Сильной тряски не было — рессоры служили на совесть. Могучий конь легко влек груженую карету. Очередной бизнес-проект скоро заработает. Что-то жизнь идет очень бурно: не успею осуществить одно новое для меня дело, а на подходе уже следующее! И для всего есть народ и материалы. Словом, пляши и пой, пока не удавили…

Не успею порадоваться успеху, а пора уже опять вкладывать деньги в дело. Стал уже пятиконечным, как звезда на пилотке: пою, лечу, пилю, делаю кирпичи, сколачиваю колымаги. Однако, пора бы уже и отдохнуть от этого постоянного кручения, позаниматься новым домом, конюшней и сараем, собачьей будкой, садом и огородом. Вода на участке была, лозоходец проверил. Да я и сам видел ее линию. Пора обустраивать колодец: копать, выкладывать дубовый сруб, делать козырек и ворот с цепью.

Въехал во двор, начал разгружаться и распрягать Вихря. Насыпал лошадям вволю отменного ячменя, налил по ведру воды в приспособленные для поения коняшек кадушки. Стал носить на кухню продукты. Притащил мешки с крупой, был похвален хозяйкой. Вынул рафинад, вызвал удивление.

— А это еще что такое?

Объяснил.

— Меду же у нас полно?

— Я его не очень люблю, да и не везде он идет.

Увидев грибы, купленные прямо с ведром, поразилась: а куда нам столько? Мы такое количество супа и не съедим! Часть пожарим, часть посолим, ответил я. Самые вкусные — это жареные. Хороши и маринованные. В этих делах я был специалист, женщины с ними возиться не любили.