Шагая к лаборатории, Алекс дышала маленькими вдохами и старалась не кашлять. Как бы она ни хотела облегчить боль, она понимала, что кашель сделает только хуже особенно сейчас, когда ее горло воспалилось как на зло.

— Как мы попадем обратно? — спросила она, морщась от звука своего голоса.

— Так же как мы сделали из тебя иллюзию, только наоборот, — сказал Биар, вытаскивая три флакончика из кармана и встряхивая их. — Выпей это, и, когда окажешься на месте, иллюзия автоматически рассеется.

Звучало довольно просто, так что Алекс выпила жидкость и вернула ему пустой пузырек. В этот раз она пахла лаймом, терпкий цитрус обжег ее больное горло.

— Что она делает? — спросила она, снова чувствуя покалывание по телу.

— Ее распространенное название «Оазис в пустыне», — ответил Биар. — Названо в честь иллюзии, которую люди видят, когда потерялись, и у них начинаются галлюцинации. Когда они далеко, то она кажется реальной, а подойдя ближе, рассеивается.

— Так оно ненадежное значит? — спросила Алекс. — Я могла бы сказать, что вы ненастоящие, прежде чем мы покинули класс. Почему Луранда не заметила?

— Блокировка ее слегка отвлекла, — сказал Джордан. — И мы бы удостоились ее внимания, только если бы наши иллюзии сделали что-то необычное.

— Типа увлеклись учебным процессом, — ухмыльнулась Алекс.

— Да, нуу, у нас было мало времени, чтоб все спланировать, — защищался Джордан. — К тому же, это сработало. Луранда считала, что мы в классе. Это все, что нам было нужно.

Алекс оставила возражение при себе и взялась за его протянутую руку. Она почувствовала, как его энергия окутывает ее, в то время как он потянул ее за собой через стену обратно в класс.

Было довольно просто соединиться со своей иллюзией, как и говорил Джордан. Все, что нужно было сделать, это сесть на свое место и слиться с изображением себя. В тот момент как она села на место, Джордан отпустил ее руку, и она почувствовала, как снова стала видимой. Иллюзия не спеша начала сливаться с ее кожей и, когда уже не стало видно ни следа от копии, покалывающее ощущение исчезло.

Алекс повернулась назад посмотреть на Биара и Джордана, они довольно улыбались ей, показывая, что их иллюзии благополучно исчезли. Она с облегчением выдохнула.

Они действительно это сделали.

Алекс могла бы рассмеяться, но решила не делать этого. Не только из-за того, что это могло лишь усилить ее боль в груди, но и потому, что ее одногруппники подумают, что она не в себе. Вместо этого она наклонилась посмотреть, что задала Луранда в ее отсутствие.

— Полагаю ты вернулась?
–

прошептал Коннор.

Алекс быстро кивнула. Она предположила, что было странно, если бы Коннор не понял, что почти час сидел с иллюзией.

Он улыбнулся и протянул ей лист бумаги, который оказался копией его конспекта.

— За тобой должок, — прошептал он. — И я рассчитываю услышать обо всем позже.

И прежде чем Алекс успела ответить, дверь открылась, и на пороге появилась профессор Луранда в клубе яркого света, что быстро рассеялся как туман. Ее лицо было тревожно бледным и озабоченным.

— Уроки во второй половине дня отменены, — объявила профессор. — Через час состоится собрание в столовой, где администратор Джарвис расскажет о произошедших событиях. Присутствие обязательно, оставшееся время вы можете провести как угодно.

Луранда подошла к своему столу и поставила обратно на подставку Коммуникационный Шар. Обернувшись, она обнаружила, что все остались сидеть на своих местах, тогда она махнула на них рукой.

— Ну же, ушли. Урок отменен.

Никто не шелохнулся.

Алекс неуверенно заерзала на стуле, так же вели себя и ее одноклассники. Приподнявшись, она ощутила приступ боли в груди, напоминающий ей снова о том, как она наглоталась озерной воды ранним утром, и как Финн стучал по ее спине, чтобы она выкашляла ее. Вдох оказался резким и обжигающим, ощущение было такое, словно тысяча красных муравьев ужалила ее в горло, в то время как стадо слонов играли в футбол ее легкими. Все, что она хотела, это выбраться из класса, чтобы облегчить как-то свою боль, но, как и остальные, она все еще колебалась уйти.

Одна из девушек в передних рядах, Келли Глисон, робко подняла руку.

— Простите, профессор, но вы не задали домашнего задания.

Келли лишь проговорила то, о чем каждый из них подумал. Луранда никогда не забывала это сделать, и по этой причине никто не двигался.

Профессор фыркнула, и Алекс подумала, что, возможно, это самый противный звук, который она слышала от этой строгой женщины.

— Уверена, ты как-нибудь переживешь эту ночь без этого, мисс Глисон, — ответила Луранда. — А теперь вышли все отсюда, пока я не передумала.