Лейтенант поморщился.

– Двое справятся вполне. Ну ка, кто там?

– Э… Номер 200 694, Соколов Андрей, моторист-установщик имеет семь выходов в открытый космос. Номер 582 352, Виктор Ванг, администратор космопорта– семнадцать выходов в космос. И последний. Номер 713 463, - при этих словах Васильев оскалился, - Костров Виталий, штурман-пилот, у него тут послужной список, доступный для чтения только вам. Извините, сэр. У меня нет доступа.
– Улыбка сползла с лица Васильева, когда Дьюпен закончил.

Рой громко вздохнул, обжигаясь.

– Горячий… Специалиста оставим. У нас есть вездеход - лучшего водителя не придумаешь – водила просто жизненно необходим. Назначаю на операцию первых двух. Награда: минус три года. Остальным - спать.

– Есть, сэр, - хором отозвались младшие офицеры.

Мясной салат в ложке возвышался неприступной горой. Маленькие цветные кусочки казались окаменевшей вековой породой. Рука держала ложку на уровне глаз. Предстояло всё это съесть.

Остальные заключенные внимательно слушали капрала.

– Сэр, а почему вам нужно только два добровольца, сэр?

– Сэр, это значит. Что завтра мы останемся без нормального обеда, сэр?

– Спокойнее ребята. Ну, сущие дьяволы! Быки! Будет день, будет и работа. Я вам обещаю! Голодным завтра никто спать не ляжет.

– Сэр, нам бы что - нибудь посложнее, чтобы сразу десятку скинуть, сэр.

– Учту. Что с тобой?
– спросил Васильев, обращаясь к счастливчику, которому все завидовали. Смазливый парень сидел притихший, держась за голову и то и дело шмыгая носом.

– Да, вот. Этот дерется. А еще распространяет разные слухи – не нравится ему здешняя политика и кухня. Шепчется вечно со всеми. Вон смотрите, не ест ничего!! Страшный человек, - наябедничал заключенный, тыкая пальцем в Кострова. Того, как будто не коснулась реплика: продолжал созерцать салат в ложке.

– Ай-яй-яй, - покачал головой Васильев.
– Не боишься? Ты ведь такой красивый! Стукач и красивый… - Снова обреченный вздох. – Понятия несовместимые – сделают женщиной. Наказывают вас жестко.

– Не сделают, - пробубнил Андрюшка, величественно распахивая глаза. – Все слышали? Я очень злостный стукач. Отомстите мне! Пожалуйста, - большие глаза наполнились слезами горя и сожаления о моментах прошлой жизни.
– Почему же так не везет - то? – Его шепот был почти истеричен. - Сэр?

– Что ещё, красавица?

– Сэр, что-то в космос не хочется, сэр. Можно я не пойду, сэр? Вы же можете найти кого-нибудь другого, правда? Это слишком опасно, сэр. Мной нельзя так рисковать. – Последний довод несомненно являлся самым главным.

Капрал схватил за ухо Андрюшку, садистки покрутил в разные стороны, наслаждаясь верещанием. Спокойно наблюдая за чужими мучениями, сказал:

– Приказы командира не обсуждаются, понял?!

– Сэр, я всё понял, очень больно ушку, отпустите, сжальтесь, сэр… Нет, нет продолжайте.

– Хватит. Никаких поблажек! Понятно? Иначе карцер и сгниешь заживо. Остальные готовьтесь к погрузке, пора домой. Поели, теперь спать. Димон?

– Сэр, да, сэр!
– Зек встал. Движения его были несколько заторможенными. Проклятая бледность заливала щеки. Глаза передернула сизая пелена. Васильев еще раз ткнул в него маленьким приборчиком. Считал информацию. Улыбнулся. Скрывая эмоции.

– Как себя чувствуешь, дружок?

– Сэр, малость объелся, сэр.

Васильев дружески похлопал заключенного по плечу. Димон, шатаясь, вытерпел. Новые друзья. Новая жизнь. Надо привыкать. Костров очнулся от писка сканера. Стало интересно от кого исходит столько радиации и почему так тревожно пищит медицинский прибор. Безнадежно облученным был Димон. Да нет, он был просто безнадежным.

– Останешься со мной, - приказал ему капрал, - для тебя будет отдельная работа. Награда: минус семь лет.

– Ого!
– не удержался кто-то от вскрика.

– Сэр, не честно. Он уже получил самую большую награду, должна восторжествовать справедливость и выбран другой счастливчик, сэр.

– Кто это сказал?
– грозно спросил Димон, запинаясь при каждом слове, и, тратя слишком много сил для короткой фразы - пот струился по его белым щекам. Что так жарко? Мир кружился. Никто не ответил. Возражающих больше не было. Пахан усмехнулся.