— Я практикующий психолог, — ответила Марта. — Сталкивалась и не с такими типчиками. Хотя твой держался уверенно. Поднаторел, однако, во лжи.

— Нет… Влад не такой… Ты…

— Вру? — перебила соседка. — Да зачем мне? Просто я сама была такой же дурой. Как и ты сбегала от любимого. Как и ты верила в искусную ложь. Только ни к чему хорошему это не привело. Я знаю, на что способен брошенный мужчина. И не верю, что люди способны меняться, как бы ты не убеждала меня в обратном. Твой Влад как раз из таких. Так что, послушайся моего совета. Возвращайся к своему Илье, иначе всю жизнь будешь жалеть. И он простит, если…

Она не договорила — вернулся Влад.

— Такси будет через три часа…

Он покосился на стоящую у окна Марту и поздоровался. Она обернулась, смерила его пристальным взглядом. Влад поправил манжеты рубашки. Марта усмехнулась, вежливо ответила и скрылась в коридоре.

Когда приехало такси, румяное солнце зацепилось за крыши посёлка. Жёлтый седан притормозил под окнами Аниной палаты. Из салона вылез парень лет двадцати пяти в джинсах и серой футболке с чёрными иероглифами. Он достал мобильник, набрал номер и сказал несколько коротких фраз кому-то в трубку.

— Ну что, подруга? — женский голос за спиной напугал Аню. Она не услышала, как соседка вернулась в палату. Аня обернулась. Марта стояла, привалившись здоровым плечом к стене, словно силы её закончились, едва она вошла. — Будем прощаться? — девушка поправила бинт, которым была подвязана сломанная рука.

За то время после их последнего разговора они практически не виделись. Марта появлялась в палате всего пару раз. Где она пропадала — неизвестно. Но явно избегала Ани. Что-то настораживало Аню в «разоблачении» соседки. Но что — она не понимала. Да и сейчас ей было не до того. Главное, убраться отсюда, пока Илья не нашёл её.

— Всё-таки решила ехать?

Аня кивнула. Разве у неё был выбор? Вернуться к Илье она не могла. А Влад любит её, и она постарается стать ему верной женой. Еще раз.

— Держи вот, — Марта достала из кармана больничного халата какую-то безделушку. — Возьми на память. И на удачу.

Аня подошла к девушке. Та положила ей на ладонь золотую цепочку с подвеской в форме подковы, украшенной маленькими камушками.

— Ручная работа. Золото, бриллианты, — передразнила она фразу Никулина из знаменитой комедии.

— Я не могу… Нет…

Аня протянула цепочку обратно, но соседка не взяла её.

— Знаешь, не верю я во всякого рода мистику и прочую фигню, не поддающуюся логике, — она всё-таки отошла от стены и присела на кровать. Та жалобно скрипнула. — Но однажды мне сказали, что эту вещицу можно только дарить. И если я захочу, то непременно почувствую — кому. И я почувствовала. Тебя. Как только увидела на каталке.

— Серьёзно? — не поверила Аня.

— Нет, конечно, — улыбнулась Марта. — Просто ты напомнила мне мою сестру. Так что бери.

Аня не нашлась, что ответить. Просто обняла девушку, насколько хватило сил.

— Береги себя, — шепнула ей на ухо.

— Вали уже, — поторопила Марта.

Влада Аня дожидалась уже в коридоре, сев на пустую каталку. Боялась разреветься, если ещё поговорит с соседкой. Впрочем, и та не была настроена на общение. Они попрощались. Всё. Точка. Перевернули страницу и забыли…

Горячий воздух обжёг лицо, защипал глаза. Аня минуту постояла на крыльце больницы, привыкая к улице. Влад помог ей дойти до такси, усадил в салон, сам устроился на переднем сидении. Хлопнула дверца и вдруг стало неимоверно тихо.

Боль, которую ещё днём Аня считала фантомной, в один миг обернулась физической. Нестерпимой. До крика и рези в глазах. Сердце захлёбывалось ею. И тому была только одна причина: чёрный «Рэнглер» с тремя семёрками на питерском номере. И он принадлежал мужчине, которого Аня любила. Она видела, как Илья выпрыгнул из салона. Случилось то, чего она боялась. Илья нашёл её. Проказница-судьба заставила Аню выбирать: сбежать незамеченной за тонированными стёклами такси или же выйти к Илье, как-то странно смотрящему на машину, где пряталась Аня. Но разве сможет он простить её, когда узнает, что она сотворила много лет назад? В чём виновата и сколько боли ему причинила. И даже, если простит, сумеет ли он полюбить её теперь? Изуродованную до неузнаваемости, изнасилованную и неполноценную. Да к тому же ещё и предательницу.

А вдруг отвернётся от неё? Или, что ещё хуже, начнёт жалеть? Нет, она не сможет этого вынести. Не сможет! Да, она всегда была трусихой. Поэтому выбрала побег, до крови сжимая в ладони подаренную подкову. Нет у неё счастья. Больше нет.

Когда машина тронулась, Аня опомнилась. Она должна поговорить с Ильёй, раз на встречу ей не хватило смелости. Должна успокоить его, что с ней всё в порядке. Чтобы он прекратил свои поиски и смог начать всё с начала. Без неё. Однажды у него получилось. Выйдет и теперь.