— Объясните, — сказала я.

Никс многозначительно переглянулась с Ронаном, затем посмотрела на меня.

— Земля — особенное место. Столетиями сверхъестественные беженцы приходили сюда. Людей с магией всегда влекло сюда. Телепаты прятались здесь от богов и демонов, которые пытались их поработать. Фениксы и джинны, как твои сестры, тоже прятались здесь. И не они одни. За века сюда пришли многие.

— Но почему? Что такого особенного в Земле? — спросила я.

— Я не знаю, — сказала Никс. — Боги и демоны, в конце концов, отследили сбегающих сверхъестественных существ до этого места. Божества последовали за ними, и здесь они схлестнулись. Их конфликт разорвал Землю на части. Монстры, над которыми боги и демоны так долго удерживали абсолютный контроль, начали вести себя странно. Некоторые взбунтовались. Свет смешался с тьмой, и боги и демоны потеряли контроль над монстрами.

— Мы думаем, что что-то в этом месте спровоцировало странное поведение зверей, — сказал Ронан. — И то же самое «что-то» привлекало сюда стольких сверхъестественных беженцев из многих миров. В Земле есть нечто особенное. Мы просто не можем определить, что именно…

Магия вырвалась из Меды как паутина, оборвав слова Ронана. Щупальца искрящей белой магии врезались в стену вокруг Чистилища. Золотой барьер Магитека дрогнул.

Джин, Тесса и Дамиэль подбежали к нам.

— Он сейчас рухнет, — дрожащим голосом произнесла Джин. — Магия Меды пересиливает барьер.

— Она пересиливает не просто этот барьер, — сказала Никс. — Она пересиливает каждый барьер на каждой стене глуши на Земле, — она показала нам экран её телефона, где кучей высыпали сигналы тревоги из офисов Легиона по всему миру.

— Как такое возможно? — ахнула я.

— Меда использовала стену Чистилища, чтобы ввести своё заклинание во всю сеть Магитека, — Джин прочла какую-то информацию с планшета, который держала в руках. — Вся система вот-вот рухнет, и не только стены, удерживающие монстров. Все источники Магитека во всём мире, — она нервно покусала нижнюю губу. — Я даже не знаю, как она это сделала.

— Меда разработала сеть Магитека на Земле, — сказал Ронан. — Она как никто другой знает, как её обрушить.

Мое тело задрожало от необходимости сделать что-нибудь.

— Мы должны её остановить.

Дамиэль посмотрел на паутину, расходившуюся от Меды.

— Паутина не просто разрушает сеть Магитека; её заклинание как щит. Оно всасывает всю магию из генераторов Магитека по всему миру и превращает её в защитные чары, чтобы отгородиться от нас. Там бушует столько силы, что любой, кто его коснётся, погибнет на месте.

А значит, учитывая темп, с которым распространялась паутина, все мы будем мертвы через несколько минут. Город не такой уж большой.

Дамиэль прищурился, пристально рассматривая магическое поле Меды.

— Оно также поглотит любые недружелюбные заклинания.

— Что насчёт оружия? — спросила Калли, подходя к нам с Харкером и Алеком.

— Пули и другое оружие просто растворится, — сказал Дамиэль.

— Может, так будет с обычным оружием, но что насчёт бессмертных артефактов? — спросила я.

Неро покачал головой.

— Это слишком опасно, Леда.

Он хорошо знал меня. Он знал, что я подумываю использовать оружие рая и ада, чтобы напасть на Меду.

— Броня и раньше защитила меня от враждебной магии.

— Но не от такой же. Не от силы генераторов Магитека со всего мира, вдобавок подпитываемых богиней.

— Я не вижу, какой ещё у нас есть выбор, Неро.

Он схватил меня за руку.

— Не ходи.

— Только я могу это сделать, только я могу управлять оружием рая и ада, — напомнила я ему.

— Пилигрим Вэлиант надевал броню. Она его защитила.

— Она немного защитила его, но не работала на нём так же полно, как на мне.

На его лице проступило упрямство.

— Я готов рискнуть.

Он хотел забрать у меня оружие рая и ада и самому отправиться за Медой. Я видела это по его глазам.

— Зато я не готова на такой риск. Неро, я пойду сама. Оружие рая и ада создано быть частью меня, работать с моей магией. Броня и щит защищают меня лучше, чем кого-либо другого. Меч и пистолет могут наносить смертельные раны лишь в том случае, когда ими управляю я.

А если мы собирались пережить это, то высоки шансы, что придётся убить богиню.

— Она права, — сказал Ронан Неро. — Оружие рая и ада создавалось для того, кто обладает её магией — идеальным балансом тьмы и света. Как первородные Бессмертные.

— Во мне есть Бессмертная кровь, — заявил он.

В глазах Ронана промелькнул шок. И не только у него. Дамиэль тоже выглядел весьма опешившим от такого заявления.

— У тебя и матери тоже есть Бессмертная кровь, — сказал Неро своему отцу. — Видимо, Стражи как-то причастны к тому, что вы двое оказались вместе. И к моему рождению они тоже причастны.