Ангел замурлыкала.

Солдат попытался пнуть меня по лодыжке. Я увернулась и потащила его из столовой, а Харкер послал по всему помещению телекинетический удар, который вырубил всех разом.

— Круто, — ахнула я. — Как заклинанию хватило мощи вырубить их всех, но при этом ты не разбил окна и не сломал мебель?

Он широко улыбнулся.

— Сопутствующий урон — это слишком пафосно, Пандора.

— Очень смешно, — я показала ему язык.

— Я знаю, — он окинул взглядом сопротивляющегося солдата, которого я удерживала. — Я подержу его.

— Чёрта с два, — злой, властный порыв взбушевался в моей крови. — Я его поймала. Он мой.

— Ты его не поймала. Это сделала кошка.

— Моя кошка поймала его. Значит, он мой.

— Ты ведёшь себя нелепо. Я сильнее тебя. Я сумею лучше его удержать.

— Первого ты удержал как-то не очень хорошо, — рявкнула я.

Харкер наградил меня гневным взглядом — а потом ударом кулака. Я ударила по нему в ответ. Раз уж мои руки были заняты, мне пришлось использовать магию. Моё заклинание ударило его головой о стену. Силы удара оказалось достаточно, чтобы временно оглушить его.

Вот мой шанс. Я поспешила мимо него, устремившись по лестницам вверх. Это я доставлю солдата в офис Нериссы, а не Харкер. Мой пленник. Моя победа.

— Леда, подожди!

Я продолжала бежать вверх по лестницам. Харкер следовал за мной по пятам. Когда я добралась до последней ступеньки, он схватил меня за ногу и резко дёрнул. Я скатилась по лестнице, и Харкер схватил моего пленника. Моя голова ударилась о жёсткую ступеньку. Бушевавшая во мне злость стихла.

Я медленно поднялась на ноги. Харкер стоял наверху лестницы, наблюдая за мной. Злость ушла из его глаз. Однако солдат, которого он держал, рычал и сопротивлялся как хищное разъярённое животное.

— Нас тоже зацепило, — сказала я, потирая голову. — Я пришла в себя, когда ударилась головой о ступеньку.

— А я пришёл в себя, когда моя голова ударилась о стену.

Я задрожала.

— Это — что бы там ни было — выходит из-под контроля.

— Ага, — согласился он, и мы вместе потащили сопротивляющегося солдата в офис Нериссы. Каким-то чудом мы преодолели остаток пути без приключений.

— Мы привели вам активный образец, доктор, — объявила я, как только мы вошли в помещение.

Нерисса тут же вскочила и вышла из-за стола с инструментами в руках.

— Ведите его к кушетке, — она щёлкнула пальцами своим двум ассистентам. — Поспешите. Держите его, пока я буду проводить кое-какие тесты.

Они прижали его к кушетке, но солдат высвободил одну руку и выбил инструмент из руки Нериссы.

Она подняла его обратно.

— Немного помощи не помешает, Леда.

Я сжала ладонями освободившуюся руку солдата и придавила её. Он пытался вырваться, но не мог пошевелиться ни на дюйм. Его лицо покраснело, а глаза буквально метали в меня кинжалы. Я лишь улыбнулась.

Нерисса покосилась на четыре дырки в руке Харкера. Очертания были легко узнаваемыми.

— Он вогнал вилку тебе в руку?

— Нет, — Харкер провёл светящейся рукой над раной, и она зажила. — Это Леда вогнала вилку мне в руку.

Нерисса посмотрела на меня, и между её бровей залегла обеспокоенная складка.

Я раздражённо выдохнула.

— Я сделала это только потому, что он пытался украсть мой кекс.

— И она шарахнула меня о стену, — добавил Харкер.

— Тебе лучше протестировать Леду, — сказал Харкер Нериссе. — Возможно, она тоже заразилась.

— Я? — переспросила я, и моя злость опять забурлила. — Нет, ей лучше протестировать тебя, Харкер. Это ты вёл себя странно. Я просто защищала свою собственность. Дважды.

— Ангелы, — Нерисса закатила глаза. — Видите, именно поэтому Первый Ангел не помещает двух ангелов на одной территории.

Моя злость стихла, сменившись смущением. Она права. Я вела себя как ангел.

— Территориальные инстинкты слишком сильны, — продолжила Нерисса. — Ангелы быстро начинают ссориться из-за каждой мелочи. Я предупреждала Никс, что держать тебя здесь теперь, когда ты стала ангелом — это не лучшая идея.

— Пытаешься избавиться от меня, док? — я подмигнула ей.

— С чего бы мне от тебя избавляться? Из тебя выходит такое изумительное устройство для сдерживания, — её взгляд мельком пробежался по солдату, которого я удерживала.

— Почему у меня такое чувство, что надо мной насмехаются?

— Должно быть, одно из тех высокоразвитых ангельских органов чувств, — сказала она.

Я фыркнула.

— Должно быть.

— То есть, ты не думаешь, что на Леду повлияло проклятье демонов? — спросил Харкер.