Огромное усилие воли - и Дик уже превратился в летучую мышь и летит высоко и легко, а злая старуха растекается кровавой тенью, вытягивается хищной рыбой, гнется, ломается, разваливается на бесформенные куски и падает, падает, падает в небытие.

Мыши, в стае которых он оказался, были угрюмы, деловиты, недоверчивы. У них было два любимых занятия - спать и пировать. Спали самозабвенно, долго, без всхлипов и стонов. Дик обнаружил, что висеть вниз головой приятно и удобно. Опасения, что кровь прильет к голове, оказались ложными. Кровь приливала к желудку, потому что перед сном на роскошных и буйных пиршествах все мыши так объедались, что животы у них раздувались невероятно. Несколько мышей - по специальному графику - оставались голодными и весь день зорко охраняли сон всей стаи.

Это случилось как раз тогда, когда Дик был в охранении. Пещера, в которой они нашли приют на тот день, была внезапно затоплена ярким светом. Будто у накрывшегося с головой разом сдернули одеяло. Охрана подала сигнал тревоги. Куда там! Подростки из ближайшего селения камнями и палками перебили всех членов стаи. Лишь Дик, чудом ускользнув от сильных фонарей и едва увернувшись от ударов, вылетел на солнечный свет из пещеры и, ослепленный, упал в густой кустарник, где и спрятался до наступления темноты. Как прекрасно сияли ночные звезды, как торжественно плыла по своему небесному пути луна. дик летел высоко над землей и наслаждался полетом и свободой. Где-то далеко внизу в навозе грехов копошились людишки. От жадности и ненависти друг к другу задыхались даже во сне. Во тьме творили пакости и зло. Зорко оглядываясь вокруг, он видел многое. И думал: насколько чище, вернее, благороднее летучие мыши. И насколько счастливее!

"Страшный сон!
– вздрогнул он, проснувшись и лежа на спине с открытыми глазами.
– При чем тут летучие мыши? Я их всего раз в жизни, и то в детстве, видел. И эта свадьба... Чудно!"

Глава двадцать вторая ВИВАТ, АКАДЕМИЯ!

– Виктор Андреевич, как вы посмотрели бы на то, чтобы выступить перед студентами и профессорами университета с лекцией о нашей стране? обратился как-то к Картеневу советник-посланник, когда они расходились по своим кабинетам после совещания у посла.
– И Анатолий Федорович Добрынин "за". Заодно и с прессой встретились бы, а? Вот приглашение.

Виктор взял из рук советника-посланника приглашение, стал его читать:

1" 4Уважаемые дамы, господа!

4В наш век напряженности и трений люди должны как можно 4больше общаться друг с другом. Сознавая свою ответственность 4перед будущим, мы решили в рамках нашего университета провес 4ти Неделю Международных Общений. В ходе этой недели будут ор 4ганизованы выступления представителей тех государств, которые 4откликнутся на наши приглашения. Также будут приветствоваться 4показы документальных фильмов (непропагандистского характе 4ра), диапозитивов, устроение фотовыставок, раздача туристских 4проспектов и иных подобных изданий.

4Нами разослано более пятидесяти приглашений, и мы наде 4емся, что представитель от вашей страны - Союза Советских Со 4циалистических республик сможет нас посетить и вместе с нами 4поработать для достижения лучшего взаимопонимания между наро 4дами. В случае необходимости мы с радостью предоставим места 4для проживания в нашем студенческом общежитии. 4Искренне ваш Джаэлз Линдберг, вице ректор".

Они уже зашли в кабинет советника-посланника, уселись на стулья.

– Что я могу сказать, - начал Виктор. " Конечно, хотелось бы попробовать свои силы, выступить перед американской аудиторией. Ведь это же было бы мое, так сказать, крещение.

– Я это знаю, - заметил советник-посланник.
– Поскольку надо когда-то начинать, посол и предложил вам эту поездку.

– Но я совсем недавно уже был в Чикаго, - с сомнением в голосе протянул Виктор.
– И этот университет в том же штате.

– Это не беда, - усмехнулся советник-посланник.
– Главное не то, что университет расположен недалеко от Чикаго. Главное то, что это старый университет, с добрыми традициями, с великолепно подготовленными преподавательскими кадрами. Правда - и с очень высокой платой за обучение. В Америке два университета могут находиться в самом тесном соседстве и будут отличаться друг от друга как день и ночь. И волноваться, что вы недавно были в Чикаго и снова поедете в тот же штат, нечего. В Иллинойсе можно бывать тысячу раз и всякий раз будешь открывать для себя что-то новое.

Вечером, приехав из посольства домой, Виктор рассказал Ане о приглашении.

– Что собой представляет этот университет?
– найдя на большой карте Америки университетский городок, к югу от Чикаго, вопросительно произнес Картенев.
– Что за дух там царит? Что за нравы?

– Хочешь, я к соседям сбегаю?
– предложила Аня.
– У них наверняка есть подходящие справочники.

Соседями была семья Володи Снегова, корреспондента ТАСС в Вашингтоне. Снеговы жили в том же многоквартирном доме, двумя этажами выше. Через десять минут Аня возвратилась,неся несколько толстых книг. Положив их на журнальный столик, Аня крикнула мужу, который находился в это время в столовой:

– А кого я сейчас видела - а-а-а?

– Президента?

– Не-а!

– Ну, тогда не иначе как дух Мерилин Монро? Говорят, он поселился здесь со вчерашнего дня. Когда-то она бывала в этом доме.

– И снова нет, - весело возразила Аня.
– Встретилась мне сама миссис Дортвуд, наша высочайшая соседка справа. И прошествовала она, высоко запрокинув голову, мимо - или нет, скорее, сквозь меня.

И Аня запрокинула голову и продемонстрировала мужу, как их соседка прошествовала "сквозь нее".