...Потому когда давление Силы внезапно пропало, Олег аж растерялся. По его личным “часам” прошли едва ли не часы, а вот бортовой хронометр не отсчитал и десять минут… а если точнее – чуть больше пяти. Мало. Слишком мало! Конечно, они с Учителем могли ошибиться в своих расчетах – было бы удивительно, если бы не ошиблись без возможности провести нормальные эксперименты. Но ошибиться должны были в большую сторону. Или и впрямь что-то с механическими часами случилось?

Додумать Абрамов не успел: Сила вновь вернулась, заставив всю конструкцию шара ощутимо вздрогнуть. А вот это было совершенно точно не по плану. Более того, произойти вроде как и не могло… если только не случилось что-нибудь совсем уже из рук вон выходящее. Несколько секунд отставной офицер колебался: задачи контроля летательного аппарата с него никто не снимал, да и что можно разглядеть с такой высоты? Но… он всё-таки позволил себе отвлечься от стрелок и, извернувшись в забитом приборами и баллонами пространстве, откинуть светозащитный люк крошечного обзорного иллюминатора – уж больно настойчиво ему советовала это сделать внезапно проснувшаяся интуиция. Та самая интуиция, что есть у любого солдата и офицера, пережившего на переднем крае военный конфликт. Давно, очень давно она не подавала голос столь чётко и однозначно, такое игнорировать было никак нельзя.

То, что личный ученик Куроку Кабуки увидел через слегка искажающий перспективу триплекс, он сначала даже не смог опознать. Но это точно было не море. Грязно-серая, залитая ярким солнцем и блещущая едва заметным вспышками клубящаяся поверхность начиналась всего в пяти километрах ниже гондолы стратостата – слишком близко. Да и вид такой, словно Абрамов на другую планету случайно попал и смотрит на…

Облака.

Мозг человека наконец-то смог охватить всю видимую через маленькое оконце картинку и дорисовать то, чего видно не было.Циклон. Невероятно огромный циклон, мать тропических ураганов и штормов! И вот тут-то Олег впервые за много лет усомнился: а была ли их давняя встреча с Учителем действительно удачей? Или всё-таки “удачей” – как всегда.

Незадолго до начала ритуала.

Стадион старшей школы (академии) Карасу Тенгу.

Лазарь Феодораксис, Фабио Клавель и Марила Войде.

– Хей, подруга! Чё скучаешь? – Клавель с размаху шлёпнулся на лавку рядом с Войде.

– Отвянь, – вяло попросила полька, отворачиваясь.

– Ты посмотри, какой день замечательный! Птички поют, солнышко светит! А ты куксишься, – мексиканец и пяти секунд просидеть на месте не смог: вскочил и закружился вокруг своей оси, размахивая руками. То, что настроение у парня сильно зашкаливает за отметку “отлично” даже слепой заметил бы.

– Задрал, – всё так же однотонно призналась девушка, но потом недоуменно моргнула раз, другой. – Птички? Солнышко? В холде?

– Ну не тут, так снаружи, – смутить наследника наркобарона можно было даже не пытаться. – Мы же только вчера оттуда, неужели соскучиться успела?

– По тебе – нет, – уже более твердо отрезала Войде. От её собеседника пёрла такая эмоциональная энергия, что спокойно продолжать пребывать в состоянии мрачной апатии девушка больше не смогла бы в любом случае.

– Твои родичи в этот раз не приедут, расслабься, – опять плюхнувшись на место по соседству, сообщил Клавель. На удивление, он эту новость не проорал, а передал негромко, вполголоса. – Куроку Кабуки всегда держит своё однажды данное слово.

Полька вздрогнула, но буквально в следующее мгновение взяла себя в руки.

– Тебя никто не просил лезть не в свои дела, – с намёком продемонстрировав соседу сжатый кулак, злобно сообщила участница военно-тактического клуба. – Я – так точно не просила!

– Ну ладно, ударь меня, если тебе легче станет, – внезапно посерьезнев, со вздохом предложил Фабио. – Ударь, я не буду уворачиваться.

Ученица старшей школы для магов и демонов, а по совместительству обученный и подготовленный полевой командир и мастер-артефактор с прищуром осмотрела подставившуюся жертву. Отвела руку для замаха…

– Кур-рва! – вместо удара молодому мафиозо достался смачный плевок под ноги. – Скажи, что тебе от меня надо, а?

– Может, я пришёл поддержать тебя в трудной жизненной ситуации… – мексиканец осекся, глядя на вновь сжатый девичий кулак. – Да что тебе в этом объяснении не нравится-то? Я же честно всё сказал!

– Н-да? – полька смерила собеседника задумчивым взглядом, но пальцы разжала. – То есть ты не будешь мне сейчас скулить над ухом, как ты хорош в постели и очень желаешь мне это доказать?

– А ты согласна? – тут же изобразил охотничью стойку парень... и всё-таки схлопотал несильный тычок в область печени. – Эй! Больно же!

– Матка боска, и почему я тебя до сих пор терплю? – скорее у самой себя спросила девушка.

– Потому что я брутальный неотразимый мачо! – сынок наркобарона не был бы собой, если бы промолчал. – А ещё потому что я твой друг.

– Друг?! – от такой наглости Войде едва не подавилась воздухом.

– Конечно, друг, – без тени сомнения, но опять на удивление серьёзно подтвердил парень, и опять не удержался: – Хотя, если ты рассчитываешь на более близкие отношения – ты только намекни. Если понимаешь, о чём я…

– Хорош друже, – фыркнула Марила, но её губы дрогнули, на секунду сложившись в бледное подобие улыбки. – Сам себя назначил или тебя Лазарь надоумил с подкатом?

– Я же не слепой идиот, – чуть скривившись, отозвался Клавель и, неожиданно ударился в самокритику. – Может, друг из меня и не самый клёвый, но тебе хотя бы такой нужен.