Шрифт:
– на свете!
– Дай нам этот миг,
– дай нам этот миг,
– возврати любовь,
(Вместе.)
за которую лишь пред Тобой,
пред одним Тобой
мы в ответе!
– Мы
жили, как во сне,
– в самом сладком сне,
– не считая дней.
– Лишь тебе и мне
– Этот мира дарил
счастье без конца, без края.
– Мне
Бог послал тебя…
– Мне послал тебя…
– Чтобы жить любя…
– Только лишь любя…
(Вместе.)
Так за что же, за что же
мы изгнаны были из этого рая?!..
Кунигунда исчезает.
Кандид снова лежит в стогу. А перед ним откуда ни возьмись уже восседает его учитель Панглос во всем своем величии.
КАНДИД
Учитель. Ты учил меня, что все к лучшему в этом мире. Ты действительно уверен в этом, учитель?
ПАНГЛОС
А ты, юноша, в этом усомнился? Неужто мои уроки были напрасными?
КАНДИД
Нет, нет, учитель, просто я хочу еще раз увериться в твоей правоте.
ПАНГЛОС
Тогда – иное дело. Что ж, видимо, нам придется повторить урок. Итак, с точки зрения глобальной метафизики…
(Напевает речитативом.)
…и метафизико-теолого…
КАНДИД
Да, да…
(Подпевает.)
Теолого-гносиологии…
ПАНГЛОС
А также…
КАНДИД
А также мета-мего-макро-диалектики…
ПАНГЛОС
Именно!.. Так вот, мой мальчик, с точки зрения этих глубочайших многоуважаемейших воззрений, наш мир не всегда, быть может, столь и хорош, сколь неуклонен в своем постоянном движении к лучшему.
КАНДИД
Но – мои нынешние страдания…
ПАНГЛОС
(напевает)
И если нас бросает в дрожь,/
То чем согреем душу мы?
КАНДИД
(подпевает тихим голосом).
Тем, что цена страданьям – грош,/
Ведь мир стремится к лучшему…
Панглос исчезает.
КАНДИД
Учитель!.. Где ты, учитель?..
Только раскаты грома в ответ.
КАНДИД
(поет через силу).
Пусть скажет всякий, кто скорбит:/
«Изыди, искуситель!»/
Все к лучшему, все к лучшему,/
Все к лучшему, учитель…/
Тот, кто не понял – тот червяк,/
А понял – небожитель./
Все к лучшему, и только так!/
Все к лучшему, учитель…/
Все к лучшему, учитель…/
Засыпает, бормоча «Все к лучшему, учитель, все к лучшему, учитель, все к лучшему, учитель…»
НАТ. ДОРОГА. УТРО
Бормоча: «Все к лучшему, учитель, все к лучшему, учитель…» – Кандид бредет куда-то.
На дороге стоит понурая кляча, запряженная в небольшой крытый возок. Возле возка – два прусских капрала. С любопытством смотрят на Кандида, который, шатаясь, приближается к ним.
1-й КАПРАЛ
Парня просто шатает от голода.
2-Й КАПРАЛ
Да, похоже на то. Но это дело поправимое, тем более, что рост у парня вполне подходящий.
1-Й КАПРАЛ
Готов поклясться, он ростом пять футов и пять дюймов. Любимый рост его величества.
2-Й КАПРАЛ
Пожалуй, пожалуй…
(Кандиду, поравнявшемуся с ними.)
Эй, парень, не желал бы ты разделить с нами трапезу и отведать прекрасного рейнского вина?
КАНДИД
Господа, вы оказываете мне огромную честь… Но, право, мне нечем с вами расплатиться.
1-Й КАПРАЛ
Ну такой парень, как ты, и не должен ни за что платить; ведь ростом-то, если не ошибаюсь, ты будешь пять футов и пять дюймов?
КАНДИД
(с поклоном).
Да, господа, мой рост именно таков… Но, право же, я не понимаю, при чем тут…
1-Й КАПРАЛ
(2-му).
Что я тебе говорил!
(Кандиду.)
Тебе, парень, и не надо ничего понимать. Садись же!