Весь последний час она не отходила от Тома и все пыталась заглянуть ему через плечо, а тот сгорбившись сидел за компьютером, вперив неподвижный взгляд в темный монитор.

— Ты уверена, что мы ищем именно этот домен? — обратился к ней хмурый и сосредоточенный Том.

— Этот адрес был написан у него на визитке: Rabbi.Freilich@Moshiachlives.com.

— Хорошо, сейчас мы посмотрим на этого рабби Фрейлиха… Как, ты говоришь, называется его домен?

— Повторяю для глухих: Moshiachlives.com!

Уилл обернулся на них. Том всегда обожал Бет и терпеть не мог Тишу. Одно время Уилл думал, что он ревнует его к еврейской подружке. Но потом понял: у них просто органическая несовместимость. Том был фосфором, а Тиша — серой, и при встрече они неизбежно воспламенялись.

Но сейчас они вынуждены общаться друге другом, поэтому необходимо было придумать, как делать это безболезненно и с наименьшими потерями. Способ изобрел Том. Когда ему надо было что-то спросить у Тиши, он озвучивал вопрос в форме предположения, ни к кому конкретно не обращаясь, а будто говоря сам с собой.

— Итак, насколько я понял, мне сейчас нужно отыскать этот домен и как следует его изучить. Думаю, что я прав, — объявил он, бегая кончиками пальцев по клавиатуре.

Через пару секунд на мониторе высветилась строчка: 192.0.2.233.

— Отлично, — обрадовался Том. — Кто же это такой, наш очаровательный 192.0.2.233?

Он снова ввел какую-то команду и почти тут же получил ответ. Монитор выдал целый протокол длиной строчек в двадцать. Во всей этой абракадабре можно было разобрать лишь несколько слов, и эти слова указывали на адрес штаб-квартиры хасидов в Краун-Хайтсе. На адрес того, самого дома, где Уилл и Тиша побывали прошлой ночью.

— Превосходно, а теперь пообщаемся с АРИН.

— С кем?

— АРИН — Американский регистр интернет-номеров. Организация, которая распределяет IP-адреса — вот те самые циферки, которые мы все только что видели на экране.

— Погоди, но ты ведь уже вычислил этот адрес!

— Я вычислил один из адресов, а АРИН отдаст нам все адреса, которые закреплены за вашими друзьями. За каждым их компьютером, выходящим в сеть. И только после этого можно будет о чем-то говорить.

Том впервые обернулся на Тишу и смерил ее почти презрительным взглядом. Та лишь насупилась и кивнула на экран — мол, не отвлекайся.

Том ввел новые команды, к экран отозвался длинной цепочкой IP-адресов.

— Это вся их сеть? — быстро спросила она.

— А вот и вся их сеть, — словно не отвечая на ее вопрос, а подтверждая собственные мысли, проговорил Том. — Попробуем теперь в нее забраться.

— Как это — забраться?

— Помнится, час назад, когда я хотел все объяснить, мне кто-то сказал: «Избавь нас, Том, от своих заумных терминов». Кто же это мне сказал-то?

— Ладно, давай забирайся.

— Компьютер все сделает сам, а мы просто посидим и подождем.

— Долго?

— Довольно долго.

Тиша шумно вздохнула и отошла к дивану. Через пять минут она уже лежала на нем, укрывшись пальто Тома как одеялом. А еще через пять минут — спала. Хозяин квартиры тем временем перешел к другому компьютеру, включил его и вошел в сеть. А Уилл тем временем увлекся рассматриванием фотографий, развешанных по стенам. На одной из них они были запечатлены втроем — он, Том и Бет. В пуховиках, варежках и толстых шарфах. Как на горнолыжном курорте. На самом деле фото было сделано на Манхэттене в один из выходных, когда они вышли на улицу, чтобы порадоваться первому снегу. На губах Бет играла по-детски счастливая улыбка, словно говорившая: жизнь прекрасна!

Часа через полтора забытый всеми компьютер запищал. Том тут же сорвался с места.

— Забрались, — коротко бросил он.

Тиша мгновенно проснулась. Через считанные секунды все трое собрались у стола, жадно вглядываясь в экран.

— Что это, Том?

— Системные логи машины, через которую мы к ним влезли. Сейчас я вам точно смогу сказать, сколько их компьютеров в сети, а сколько выключено.

Тиша нетерпеливо покусывала губу и переминалась с ноги на ногу. Уилл смотрел не на экран компьютера, а на лицо Тома, пытаясь по его выражению угадать, что происходит. Ничего утешительного он не увидел. Том будто окаменел. Взгляд его стал неподвижен, губы поджались и побелели. Это был дурной знак, Уилл знал, что когда у Тома что-то получается, он начинает корчить рожи и лихорадочно облизывать губы, готовясь торжествующе улыбнуться. Сейчас этого не было и в помине.

— Черт, ничего не вижу, — наконец бросил он сквозь зубы.

— А ты смотри еще! — не сдавалась Тиша. — Может, ты что-то проглядел.

Том только что-то недовольно буркнул в ответ — мол, не учи ученого. Он придвинулся ближе к монитору, почти уткнувшись в него носом и жадно пробегая глазами каждую новую строчку.

— Погоди! — вдруг сказал он с придыханием. — Погоди, погоди… Тут что-то не так…

— Что? Что?!

— Смотри вот сюда. Видишь? Системные часы остановлены в час пятьдесят восемь. Ночью. Может, случайность. Такое бывает… Но редко.