— Спасибо! Как ты знал, что я не смогу на этом спать? — Я брезгливо поднимаю двумя пальцами простынь.

— Догадался, — отвечает он.

Я аккуратно сворачиваю и убираю местную постель и расстилаю его. Я отлично умею заправлять одеяла, уголок куда надо, и дырка чтобы по центру была. У меня всегда с этим было хорошо. А Сашка пока готовится, переодевается в домашнее.

— Ты сразу меня трахнешь или поболтаем? — разваливаюсь я на диване.

— Посмотрим на твоё поведение. — Он обнимает мои ноги и целует меня в коленку, его рука скользит по моей стопе. А я вспоминаю, как целовала ножку Вике. Викусечка… это имя засело у меня в голове.

Сашка проводит руками по моим ногам до самого верха и медленно стягивает с меня колготки, под которыми ничего нет.

Его пальцы проникают в меня, и я даже не сопротивляюсь, Я уже привыкла к нему. Он смотрит в мои глаза, а я смотрю в его, пока его пальцы двигаются в моей «киске». Я беру его за руку, которой он мне дрочит, вынимаю её из себя и провожу по своим губам. Мне хочется ощутить аромат собственной смазки. А после мы целуемся, но я думаю только про Вику: добралась ли она домой, всё ли у неё хорошо.

Я хватаю телефон и принимаюсь писать ей: «Всё в порядке? Ты дома?»

— Извини, — смущённо говорю Сашке.

— Да ничего, — отмахивается он, развалившись на диване. А я как на иголках. И лишь когда мне приходит сообщение от Вики «Всё в порядке», успокаиваюсь.

— Нужно было узнать как Вика, дошла ли до дома.

— Понятно, — слегка разражается Сашка

— Ночью, одна в чужом городе…

— Да понимаю я всё, понимаю! — повышает голос он и крепко целует меня взасос. Когда это он стал таким решительным и смелым?

Целую его ещё сильнее, трусь о его тело, а своими остренькими зубками покусываю его губу. Мне хочется почувствовать на вкус его слюну и сперму. Я так долго этого ждала, опускаюсь ниже и зубами расстёгиваю его ширинку. Вид члена слегка пугает меня, и я снова поднимаюсь к нему на уровень глаз. Он кладёт мне палец в рот, и я от удовольствия закрываю глаза. Когда-нибудь это будет член, но не сейчас, пока пусть только палец. Я сексуально сосу его (а что мне ещё остаётся?). Другую его руку кладу на свою «киску» и прошу — нет, умоляю — его погладить меня, как кошечку. Мне так сейчас не хватает ласки! Я закрываю глаза и представляю Вику, но открываю и вижу Сашку. Я застряла меж двух миров, между двух полюсов.

Сашка переворачивает меня на живот, его руки скользят вдоль моей талии и спускают ниже по бёдрам. По моему телу пробегает лёгкая дрожь.

— Саш, мне щекотно, — говорю я, а в ответ он целует меня. Я чувствую себя незащищённой, я открыта перед ним полностью, и я жду, когда он в меня проникнет. Я вновь хочу почувствовать его член в своём теле. Я чувствую его головку, она давит на меня, это не то чтобы больно — просто небольшой дискомфорт, пока она ещё не смазана моим соком. Для этого сначала нужно научиться сосать: смазанный слюной член легче проникает внутрь. Но пока он лишь сухо толкается в проходе.

— Секундочку, — говорю я, беру его рукой и вставляю в себя. Мне приятно почувствовать, как член набухает в моих руках. Мне приятно всё, кроме главного.

Когда он уже во мне, я чувствую как хлюпает мой сок, но не испытываю удовольствия, хотя дыхание моё учащается и тоненький стон вырывается из горла. Он долбит меня, как поршень, как отбойный молоток. Мне приятно, мне радостно, я счастлива. Я закрываю глаза и представляю Вику и её ножки. Я представляю, как буду целовать их, лизать и сосать её стопы, и теперь уже возбуждаюсь по-настоящему. Вместо члена я бы хотела десятки красивых женских ножек; пусть они гладят моё тело, а я выберу одну и буду сосать её. Вот как это работает. Я могу быть с Сашкой, но представлять кого угодно. Я и раньше так делала, но раньше это в основном были парни — смуглые, огромные, мускулистые, с громадными руками и членами. А сейчас я вижу стройную Викусю и её изящные ножки. Я ведь одну из них целовала. От этих воспоминаний мне так тепло на душе, аж сердце радуется!

— Сегодня ты прям огонь, — шепчет мне Сашка, продолжая долбить меня своим «поршнем».

— Люблю тебя, — улыбаясь, шепчу я и начинаю стонать громче. Он заводится. Я ещё не видела его таким возбуждённым. Это действительно нечто! Мне так хорошо ещё никогда с ним не было. Похоже, я раскрываюсь, как бутон розочки. Я сейчас на высоте! Горжусь собой, бросаю взгляд на Сашку, он склоняется ко мне и целует меня в губы. Вика целуется лучше, девушки во всём лучше. Жаль, у них нет члена, хотя так ли он сильно нужен? Если речь идёт об удовольствии, его можно заменить пальцами.

Только я думаю про пальцы, как он прикасается своими к моей «киске». Я чувствую, как он трется о «лепестки» и клитор и норовит попасть в ту же дырочку где и член. Сколько же там места? Сколько туда можно засунуть? Испытываю всё больше наслаждения. Жаль он не знает, как надо меня правильно ласкать, а я не могу объяснить ему — это надо чувствовать.

Он смазывает палец моим соком и засовывает его мне в попку. В прямом смысле, я просто не ожидаю этого, и это не очень приятно.

— Сашка, что ты делаешь?! — возмущаюсь я, но он не останавливается. — Можешь вынуть?! — возмущаюсь ещё больше, но он не слушает. Это какое-то насилие надо мной! Его палец в моей попе, и он прикасается им через стенку, соединяющую… я даже не могу это описать… между «киской» и попочкой есть промежуток, я не то чтобы его чувствую, просто знаю, что он там есть. Есть ещё такая песня «Сектора Газа» — «Частушки». Но ладно, это я отвлеклась. Он поглаживает головку своего члена через эту стенку. Странное, пугающее чувство, как будто меня надели на руку, как перчатку.