Самоуправление земских учреждений при воеводском управлении сохранялось, причем воевода был главным, а губернские старосты – его соправителями. Активное развитие местного управления отражало стремление властей опереться на более широкую социальную базу в борьбе с боярской аристократией.

Отношения административной системы и населения, земли и власти развивались противоречиво. Сословно-представительные учреждения, опиравшиеся на традиционные представления о взаимодействии централизованной княжеской власти и властных функций народного представительства и его вечевых порядков, не сразу утратили свое значение. Наиболее ярким явлением в развитии сословно-представительных институтов власти в XVI–XVII вв. были Земские соборы.

Они созывались в условиях экономических трудностей, войн, в момент принятия ответственных внутриполитических или внешнеполитических решений, когда правительство нуждалось в поддержке своих действий со стороны более широких слоев населения. Период наибольшего расцвета сословно-представительной монархии в России приходится на XVII в., когда Земские соборы созывались наиболее часто.

Право созыва Земских соборов принадлежало правительству, а решения, принятые ими, не были обязательными для правительства и не ограничивали власти царя. Говорить о сословно-представительной монархии в России XVI–XVII вв. можно лишь с формально-юридической точки зрения.

Со времени Ивана Грозного прослеживается особая форма легитимации властных решений – посредством открытого обращения к народу, представленному сословиями.

Направляясь в военный поход на Казанское ханство, царь во Владимире, где собралось войско, произнес обращение “к боярам, воеводам, княжатам, детям боярским дворовым и городовым московской и новгородских земель” о вреде местнических споров, предлагая отложить эту практику во время похода.

В какой-то мере это, возможно, напоминало низшим слоям общества традиционные вечевые обычаи всенародного совета, вызывало определенные иллюзии единения народа и власти. Однако в новых условиях следует интерпретировать этот прием как демагогический. Обращение к представителям населения изначально не предполагает выбора из двух возможных решений (как это было на вече), но, напротив, подразумевает общую поддержку и принятие к исполнению предложенного образа действия.

Ко времени ордынского нашествия Русь примерно столетие жила в новых условиях. Некогда многолюдные города и села пустели – их жители уходили на запад, к Галичине и Волыни, в Польшу, и еще более – на северо-восток. Причины называют современники-летописцы: бесконечные княжеские усобицы, половецкие набеги. Страшный удар нанесли и монголо-татары.

Южные, юго-западные и часть западных земель Руси постепенно включаются в состав Литвы и Польши. Уже в XIV столетии в документах начинают называть Юго-Западную Русь Малой Россией.

Восточные кочевники не менее страшный погром учинили и в Руси Северо-Восточной. Но здесь, несмотря на все тяготы иноземного владычества, запустение, которое в Руси Юго-Западной продолжалось до XV в., начали преодолевать значительно раньше. Волжско-Окское междуречье, новгородско-псковские пространства стали базой развития великорусского племени. Удаленность от обычных степных путей вторжений кочевников, укрытость за лесами и топями влекли сюда людей со всех сторон.

Русь Северо-Восточная вместе с Северо-Западной становилась в условиях удельного дробления центром нового собирания народных сил, новой централизации. То же намечалось и на юго-западе, в Галицко-Волынской Руси. Прерванный ураганом вторжения Батухана, карательными экспедициями его преемников, процесс этот мало-помалу возобновляется на севере к концу ХIII – началу XIV в.

Жизнь продолжалась. Племя Рюриковичей, их ветвей, в том числе и Мономашичей, разрасталось. Всем князьям требовались земли, и старшие из них выделяли младшим доли, уделы. Русь разделялась на все более мелкие уделы, помимо великих и славных князей, воспетых в «Слове о полку Игореве», появляются мелкие князья.

Местные князья занялись строительством городов и храмов. Они покровительствуют культурным начинаниям – составлению летописных сводов, других памятников, переписке книг, развитию ремесел. Многие мастера создали великие образцы в искусстве – иконы, разные прикладные изделия (посуда и т. п.).

Измельчание уделов и обеднение их владетелей, ужасы чужеземного владычества и разорение трудового люда на десятилетия распростерлись над Русью. Исчезают некоторые ремесла, прекращается каменное строительство. Лишь к концу XIII столетия в Новгороде Великом появляются новые каменные церкви. Возрождение ремесла, медленное и трудное, продолжалось многие десятилетия.

Причина этих сдвигов – культурных, политических и прочих – в успехах на хозяйственном поприще. Сельские и городские жители, не уведенные в «проклятую Орду», возвращались на дымные пепелища, рубили новые избы, распахивали заброшенные нивы. Помимо старых полей и участков заводили новые. Источники все чаще упоминают «росчисти», «сечи», «чисти» – участки земли, освобожденные от деревьев и кустарника. В этих местах возникают починки – новые деревни обычно в один-два двора.

В обработке земли крестьяне применяли разные методы. При подсеке выжигали участок леса, и земля, обогащенная золой, давала неплохие урожаи несколько лет подряд. Потом ее надолго забрасывали, и она снова, как тогда говорили, «порастала лесом». Земледелец же переходил на другой, еще нетронутый, лесной участок.

При переложной системе поле засевали несколько лет подряд, потом оставляли его на несколько лет незасеянным. Наконец, возвращались к нему, и снова все повторялось. Применялась трехпольная система – с ярью, озимью и паром, что давало урожаи более устойчивые и большего размера. К сохам и плугам приделывали железные приспособления – сошники и лемехи.