С другого стола раздался энергичный возглас, и они оба повернули головы. Там явно разгорелся нешуточный диспут, и в дело пошли аргументы в виде вилок и тарелок, которые спорщики двигали по столу, доказывая друг другу что-то. А Денис понял, что пора переходить к следующему этапу. Опять же, отцу обещал.

– На минутку буквально отлучусь.

Ольга кивнула, невозмутимо выпустив в сторону длинную струю дыма. А хорошо все-таки, что про шесть кружек пива не сказал. А то сейчас было бы точно неловко.

Спустя не минуту – две, наверное – в зале зазвучал «Fragile» [14] .

– Я обещал тебя развлекать.

Красивые длинные пальцы с аккуратными, лишенными лака ногтями дрогнули. И серый столбик упал мимо пепельницы, пока Ольга смотрела на протянутую ей руку. Отлично, снова удивил. Два – ноль.

– Ты кури, я подожду, – он наклонился к ней, убрал от женского уха прядь светлых волос. И пожаловался: – Я сегодня выходил танцевать трижды. Одной моей партнерше было семьдесят, другая весила килограммов сто, третья была моей двоюродной теткой. По-моему, я заслужил танец с красивой девушкой.

Она замерла и смотрела на его ладонь. В ее пальцах дымилась непогашенная сигарета. Которая была решительно потушена и оставлена в пепельнице, а Оля повернула лицо. Прямой открытый взгляд и принятая рука.

– Пошли.

Существует такое расхожее выражение – с хирургической точностью. По целому ряду причин Денису оно не очень нравилось, но сейчас подходило к ситуации наиболее всего. Он именно так все и сделал – с хирургической точностью. Вне операционной, в центре банкетного зала, пригласив женщину на медленный танец. И сейчас партнерша в его руках расположилась идеально выверенно. На точной границе приличий и интима. Может быть даже, Дэн слегка зашел за эту границу. Но не стреляют ведь. Даже окриков нет.

Это все глупости, что, если женщина говорит «нет», на самом деле она говорит «может быть». Женщина способна сказать «нет» вполне отчетливо – ее просто нужно услышать. Слушать и слышать Денис умел. И сейчас нигде не было отторжения: ни в ритме дыхания, ни в реакции зрачков, ни в тонусе мышц под пальцами. Его прикосновения не вызывают неприятия, а в женском взгляде читается любопытство. Очень даже неплохое начало. Они двинулись с первыми строками припева.

On and on the rain will fall…

– Оля, расскажи, чем ты занимаешься? – стандартное и работающее в девяноста процентах случаев начало. А ладонь у нее крепкая. Кожа мягкая, но сама хватка – ни вялости, ни манерности.

– Я езжу на больших машинах и предлагаю мужчинам подвезти их вместе с шевроле.

Всю только-только наметившуюся близость в разговоре Денис разрушил сам – расхохотался. Ну надо же – запомнила. Злопамятная? Или Дэн произвел на нее настолько неизгладимое впечатление? Похоже на то, что сегодня день, когда сбываются самые оптимистические прогнозы. И еще очень мягко двигается изгиб женской спины под ладонью. А значит, все идет по плану.

– Ну, раз это твоя основная деятельность, то я могу рассчитывать на повторение предложения? Обещаю не капризничать и оставить шевроле на парковке.

Она подняла лицо и посмотрела ему прямо в глаза. Разница в росте у них – сантиметров десять, а то и меньше. А если каблуки наденет – так и вовсе сравняются. Целоваться удобно будет. Но следующие слова перспективу поцелуев отодвинули.

– Не действует. Меняйте тактику, Денис Валентинович.

Три по сто вина в нем просто неприлично развеселились этим словам. Да и сам Денис не смог удержать смешок. Оля смотрела сквозь легкий прищур, а он, не отводя взгляда, сократил еще на миллиметр дистанцию между ними. А может быть, и на два. И чуть-чуть погладил пальцем подушечку ее большого. Никакого отторжения его действия не вызвали. Лишь любопытство в глазах стало откровенно веселым.

Они какое-то время молча пытались друг друга переглядеть, неспешно двигаясь под медленный британский речитатив. Его палец продолжал едва заметно гладить ее ладонь. Она же руку не отнимала. Пахнет от Оли приятно – не приторно, не тяжело, не сладко. А городом после дождя, осенними листьями и немного табачным дымом.

– Ты дашь мне свой номер телефона или мне его узнать у твоего отца?

– Не так. ТЫ дашь мне свой номер, а я позвоню… – после паузы, – может быть.

Именно в этом месте было сказано: «Хватит, достаточно». Безмолвно, но четко. Ольга явно из тех, кто умеет говорить «нет», и Денис ее услышал. Они друг друга услышали. Он разжал пальцы, она отступила.

Прощались долго и шумно – старшее поколение. Младшее стояло рядом молча, изредка бросая друг на друга взгляды. А на прощание Ольга ему сказала: «До свидания, Денис Валентинович». Ну, пусть будет Валентинович сегодня, пусть. Воспользовавшись тем, что Валентин Денисович и Геннадий Игоревич снова принялись обниматься, прощаясь, Дэн поднес руку с отогнутыми мизинцем и большим к уху. И беззвучно, одними губами: «Позвони мне. Буду ждать». Согласного кивка не дождался. Улыбки – тоже. Но любопытство в глазах сменил интерес. Настоящий женский интерес. А значит, процесс пошел.