– Добрый день, доктор.

Быстрые движения рук носили явный невротический характер, а узкие плечи и астеническое телосложение дополняли общую картину. «Наш клиент», – резюмировал про себя Денис. И, ободряюще улыбнувшись, указал рукой на стул.

– Добрый день, – Дэн скосил взгляд на карту, – Евгений Борисович. Садитесь и рассказывайте, что случилось.

Пациент устроился на краешке стула, классическим нервным движением сцепил руки в замок на колене, стыдливо покосился на Николая и замер, глядя на Дениса сквозь тонкие стекла очков. «Ранняя импотенция», – про себя решил Дэн, отвечая Евгению Борисовичу отработанным до автоматизма благожелательным и успокаивающим взглядом. И какое-то время они так и смотрели друг на друга в абсолютной тишине. Даже Тося в соседнем кабинете престал шуршать бумажками, явно превратившись в одно большое ухо.

– Доктор, я хочу ребенка.

Из смежной комнаты раздался негромкий звук, и Денис дал себе слово, что если интерн выдаст себя еще хоть чем-нибудь, то устроит парню нагоняй. Давно пора – уже месяц у него работает, а шея еще не мылена ни разу.

– Похвальное желание, – невозмутимо кивнул Денис. Надо же, ошибся с предварительным диагнозом. – Есть та, которая с вами его разделяет?

– Что? – Евгений Борисович несколько раз растерянно моргнул, а потом сообразил. – А, да-да, есть, но… не получается.

– Это бывает. На зачатие влияет множество факторов, начиная от генетики и заканчивая образом жизни и режимом питания, – Денис проговаривал стандартные фразы, параллельно открывая карту. – Сейчас я буду задавать вопросы, а вы на них отвечать. А потом перейдем к осмотру. Итак, вопрос первый…

Больше всего в этом пациенте Дениса забавляло, как он старательно отводил глаза от экспонатов коллекции. А на осмотре так и вовсе очи прикрыл и едва дышал. Какие все-таки мужики существа нежные в основной своей массе. Жаль, женщины этого не понимают.

Клиническая картина нарисовалась стандартная: офисный работник, по состоянию здоровья – утомляемость и хандра, регулярность половой жизни – еженедельно, жена уже проверилась, со слов пациента, там полный порядок, не предохраняются год. В общем, копать и копать.

– Жду с результатами, – Денис протянул Евгению Борисовичу пачку направлений.

Тот, естественно, все это уронил, собрал с помощью Тоси и, многословно попрощавшись и выдержав еще одну битву с дверной ручкой, исчез из кабинета. И тут Малина прорвало.

– И часто у вас ребенка просят?

Денис усмехнулся в ответ.

– Не поверишь, поначалу ржал – не мог сдержаться. Потом привык.

Тося помолчал, а потом эффектно возложил длань на Николая. Что за этим последует, Дэн уже знал.

Если бы знал, что с интерном так весело будет, давно бы взял.

– Клюв уже есть, – Денис потер спинку носа. – Но перья – это не мой стиль. А, кстати о перьях… Лобковое оволосение по женскому типу, однако, у нашего Евгения. Что не есть хорошо, это я тебе как аист говорю. Ну да подождем спермограмму.

– Прямо так и сказал: ответственная и обязательная?

– Да, – отец с гордостью посмотрел на дочь, – и даже добавил, что на тебя можно положиться.

– Ну, это он из вежливости, – Оля разглядывала папку, что держала в руках.

Они сидели в машине Геннадия Игоревича. Теперь роли поменялись, и уже отец работал временно водителем, потому что Оля сдала своего верного железного коня на диагностику. Сидеть в небольшом седане отца было необычно. «Как у него тут все помещается? – думала она. – Места же совсем нет».

Когда-то, когда Оля только начинала работать, она познакомилась с одной очень интересной клиенткой. И та давала ей весьма интересные советы. «Дамскую сумку, – говорила она, – нужно выбирать так, чтобы в нее помещался батон хлеба и пакет молока. Тогда она функциональна».

Совет Оля запомнила – и именно по этому принципу несколько лет спустя выбирала себе машину. И не ошиблась. Туда помещалось все: буклеты для заказчиков, коробки с сувенирной продукцией, футбольный мяч, хоккейная клюшка, сменная обувь на шпильках (если надо выглядеть), и еще оставалось место для покупок из супермаркета.

– Нет, не из вежливости, – стоял на своем отец. – Денис Валентинович просто так говорить не будет. Он серьезный человек и серьезный врач.

– Как врач он серьезный, да, – согласилась Оля.

А вот как человек… в словах, переданных отцу, она увидела совершенно другой смысл. Даже иронию. Он явно намекал на телефонный звонок. И снова вспомнилась пуговица. И танец, и откровенный флирт. Серьезный человек?

Впрочем, сегодня еще один серьезный сказал ей с не меньшей иронией:

– И вся-то вы, Оленька, снежная, не тяжело быть такой?