Я не первый раз была в Ксандрии, и архитектура этой страны всегда наводила на меня уныние своей невзрачностью, однообразием и скученностью маленьких домиков. Причём жилища богачей отличались лишь размерами, а в целом были столь же унылыми, как кусок тускло-серого кирпича.

Единственное, что радовало глаз — это высокие деревья, порой попадающиеся на пути вдоль дороги. С яркими розовыми, зелёными или фиолетовыми листьями, они были жизнерадостными пятнами на фоне депрессивной массы строений.

Почти все окна были открыты из-за жары, и из них доносились соблазнительные запахи свежего хлеба и блюд из рыбы. Мой желудок отреагировал на эти вкусные ароматы тихим недовольным урчанием.

Солнце уже садилось, но воздух был всё ещё раскалён, и мне очень хотелось снять с себя плащ, поскольку казалось, что ещё чуть-чуть — и у меня будет тепловой удар. Но в этой духоте я решила держаться до последнего: шокированные взгляды моих телохранителей и молоденьких курсантов из-за больших пятен крови на платье мне были ни к чему. И сплетни, которые неминуемо последуют — тоже, ибо некоторые жители высовывались из окна, с любопытством разглядывая нашу процессию.

Плотный ряд серых, грубо вытесанных из камней домиков неожиданно прервался, и мы вышли на огромную пустую круглую площадь с засохшим фонтаном, в конце которой возвышалась массивная ратуша с часами.

Здесь мы были как на ладони, и идеальнее места для засады было сложно придумать. Сердце сжалось от плохого предчувствия, и по нервам тут же царапнули злорадно-торжествующие эмоции окружающих нас врагов.

Примерно триста воинов в чёрных одеяниях, с виду напоминающих земных ниндзя, быстро сжали нас в плотном кольце. В лучах заходящего солнца поблескивали их мечи и кинжалы, и у многих наизготовку были вскинуты бластеры последней модели.

Тридцать юнцов-курсантов Корпорации, мои двадцать телохранителей, плюс связной, Джулиан и Макс — итого пятьдесят три человека против трёх сотен нападавших, которые прекрасно вооружены и отлично обучены. Если мы выживем — это будет просто чудом.

Мои люди быстро сгруппировались вокруг меня, и звонкие трели птиц сменились звуками битвы.

Джулиан быстро обратился в зверя, выскочил из одежды, и бросился в самую гущу врагов, интенсивно прореживая их клыками и когтями.

Выхватила взглядом Макса: мой Небесный стражник успел отобрать меч у одного из нападающих, и теперь дрался с тремя противниками одновременно, успешно сдерживая их и не подпуская ко мне. Я была поражена чёткости и быстроте его движений, выверенности блоков и ударов, и, пожалуй, впервые увидела в нём не только добродушного красавчика, но и настоящего воина.

Я застыла в ступоре, не в силах пошевелиться от нахлынувших со всех сторон волн ярости и боли. Я не боялась умереть, но смотреть, как за меня погибают совсем юные, ни в чём неповинные мальчики и мои верные люди, многих из которых я знала с детства, было просто невыносимо. Душа разлеталась в клочья и кровоточила вместе с их ранами.

Но самый жуткий кошмар ждал меня впереди. На крыше ратуши что-то сверкнуло, и я словно вновь окунулась в тот ужас, который пережила полтора года назад. Как зачарованная, я уставилась на появившуюся там тёмную фигуру, которая, прихрамывая, сделала несколько шагов и улеглась на шифер, склонившись над снайперской винтовкой.

Беззвучный крик застрял у меня в горле: я улавливала ненависть этого подонка, когда-то убившего Джейса, и знала, куда он направит свой первый выстрел сейчас.

Внутри всё сковало острыми ледяными цепями, когда на моих глазах несколько пуль прошили тело моего тигра, выплёскивая на выходе фонтанчики крови, и Джулиан как подкошенный рухнул вниз, пронзаемый мечами добивающих его врагов.

Его белая шерсть обагрилась алым, и в моих глазах всё потемнело.

Я знала, куда будет следующий выстрел. И я его ждала.

— Сир!!! — встревоженный крик Макса на мгновение заполнил собой всю вселенную, и словно во сне я наблюдала, как он кинулся ко мне, и, совсем как Джейс когда-то, прикрыл меня от пули.

Резкий толчок, и расплывающееся по его широкой груди кровавое пятно было последним, что я увидела перед тем, как весь мир погрузился во тьму.

Сиренити

Сознание возвращалось мягкими светлыми волнами, и первым, что я ощутила, была небольшая вибрация и гудение двигателей. Не знаю, в аду я сейчас или в раю, но больше всего это место было похоже на мой флаер.

Когда с глаз окончательно спала тёмная пелена, я дёрнулась и обнаружила, что привязана к кушетке, на которой иногда отдыхала во время полёта, а недалеко от меня суетились незнакомые мужчины: трое что-то нажимали на встроенных в стену экранах-панелях, ещё двое копошились в большом рюкзаке, брошенном на полу.

Приподняв голову, я оглядела себя и обнаружила, что моё декольте было расшнуровано до грани приличия, а сверху в виде импровизированного одеяла был накинут мой плащ.

В голове яркой вспышкой пролетели последние события, и я застонала от отчаяния и боли, вспомнив, как пули прошивали тело Джулиана, и как потом по груди Макса расплывалось кровавое пятно. А ещё — предсмертные хрипы погибающих из-за меня молодых мальчиков…