Последователь Стихии Тени любезно передал новый бокал Полине, вместо опустевшего. К этому моменту я уже держал свое ранее заказанное светлое пиво и поэтому жестом отказался, поблагодарив «самурая». Оставшиеся расхватали стоящие поблизости гости.

— За тех, кто бесстрашно смотрит в лицо смерти и не боится бросить вызов самой вечности! — пафосно провозгласил Такеши взымая тонкий бокал вверх.

— За вечность!

— За смелых людей! — подхватили со всех сторон.

Я сделал небольшой глоток и замер, на краю чувствительности эмоционального фона промелькнуло странное колебание. Почти незаметное и мимолетное, на самой грани восприятия, но все же довольно явственное. Словно кто-то испытал злую радость и не смог этого скрыть.

Это еще что такое? Додумать не получилось. Именно в эту секунду, вдруг все те, кто отпил из принесенных фужеров для тоста Оямы неожиданно стали падать на паркетный пол, биться в судорогах и громко хрипеть.

Все, включая Полину…

*Дальний Восток.

*Владения клана Охотниковых. 17:30

Проклятый Скорик! Мелкий злобный гаденыш! Пусть только попадется в руки, сверну шею, как цыпленку! Вздорный ублюдок, всегда ему крови мало! Следовало догадаться, что подонок не удержится и сделает какую-нибудь гадость.

Тварь! Скотина! Паскудная душонка, думающая только о себе! Мерзкий выродок…

Впереди зажурчала вода, из-за скошенного пригорка показалась река. Сбежав по травяному склону Ласка обратилась к дару, второй раз за день вызывая «призрачный плащ». Заклинание не только укрывало от посторонних глаз, но и позволяло двигаться с большой скоростью, давая возможность легко перемахнуть через возникшую преграду.

Семь-восемь метров — пустяк, зато ноги сухие и выиграны драгоценные секунды. Тратить время идя вброд, сейчас она не могла.

Мягко ступив на противоположный берег, Ласка обернулась, проверяя не отстал ли преследователь.

Не отстал. К сожалению.

На вершине холма возникла фигура, не замирая и не останавливаясь ринулась вниз.

Ласка не стала ждать его появления в непосредственной близости и бросилась к видневшейся впереди опушке леса. Дальше начиналась чащоба. Старая, густая, куда и охотники редко забредали. Был шанс, что там получится скрыться и наконец избавиться от погони.

Перед тем, как нырнуть в царство деревьев, она не отказала себе в удовольствии оглянуться, желая посмотреть, как преследователь форсирует реку. Неужели просто переплывет? Не верилось. Тоже скорее всего не захочет сбавлять темп и что-нибудь придумает. В любом случае, просто перемахнуть не получится. Даже в боевой ипостаси такую ширину не преодолеть с одного прыжка.

Как Ласка и предсказывала высокий плечистый парень не стал нырять в воду, пересекая препятствие по старинке. Он поступил по-другому.

Выброшенная вперед рука сделала замысловатый пас, из открытой ладони вырвался сгусток силы. С бешенной скоростью полетел вперед, гоня перед собой волну мощных чар.

Раздался треск, еще мгновение назад текущая весело и свободно вода начала стремительно покрываться толстой коркой льда.

Два удара сердца и реку сковали оковы морозной стужи, создавая узкий ледяной мост. Ласка моргнула, а преследователь оказался уже на другой стороне, почти так же к ней близко, как и тогда в галерее особняка…

Это должна была быть чистая работа. Без лишних жертв, без фатальных осложнений. Никакой шумихи, никакой поднятой тревоги раньше времени и уж точно никаких погонь.

Все планировалось иначе. Один бокал, одна доза отравы, одна смерть. И обязательно низкая концентрация яда, чтобы мишень умерла не сразу, а спустя определенный промежуток времен, когда исполнители уже будут далеко от места событий.

Отсроченная смерть, что может быть безопаснее для наемных убийц?

Проклятый Скорик. Малого того, что поганец существенно увеличил дозу отравы (хорошо еще, что токсин не выдавал себя ни запахом, ни вкусом вне зависимости от общего количества в напитке), так он еще вылил ее сразу в несколько бокалов, использовав весь доступный запас.

Как итог, вместо ювелирного исполнения заказа, бойня на приеме с множеством ненужных смертей.

Кровожадный придурок! Не хотела ведь брать на это дело. Так нет, поверила уверениям, что прошлое осталось в прошлом и все будет хорошо. Сглупила, теперь приходиться расплачиваться по полной.

С раннего детства Скорик люто ненавидел колдунов. Еще с тех пор, как в дивных землях стояли крепости кланов. Там, за границей магических зон творилось волшебство, и невозможное становилось возможным. В том числе исцелялись болезни, неизлечимые у обычных врачей.

Его родители заболели, но денег на чародейские клиники у малообеспеченной семьи не нашлось. Колдуны никогда не лечили в кредит и никогда не проявляли благотворительности. В их мире существовало четкое разделение на своих и чужих, где за первых стояли железной стеной, а на вторых было всем наплевать…

С тех пор, как болезнь забрала и мать и отца прошло много лет, а Скорик все еще не мог простить отказавших в лечении магов. Даже когда сам получил дар после Великого Откровения, то никаких добрых чувств к кланам у него не возникло. Лишь вся та же застарелая ненависть.