Перемещался демон странно - так плавно, словно плывет, а не делает очередной шаг. И едва он приблизился к леди Тьер, склонился, выражая готовность слушать.

–  Алетар - хорошо, ваер - неплохо, в элементах каесо они путаются, как паршивый отряд во время марш-броска. Отработать!

–  Да, леди, - покорно согласился демон.

–  И что у нас со свадебным танцем?!

–  Ее высочество себя плохо чувствует…

–  В Бездну ее самочувствие! Привести немедленно!
– коварная ухмылка и ленивое: - Кстати, сколько у нее там охранников?

–  Шесть, моя леди, - ответил все так же склоненный Олбран.

–  Вот и замечательно, будут заменой лорду блохастому дракону. За кронпринцессой, живо!

Демон поклонился еще ниже и растворился в воздухе. Отрылась дверь, вошел один из двух поджидающих меня тогда в СБИ лордов, кивнул в знак приветствия почему-то мне же, и обратился к свекромонстру:

–  Моя леди, вынужден напомнить, вас ожидают.

–  Да я помню!
– прошипела леди Тьер.

И направилась к нам. Быстрая, стремительная, разгневанная и грозная.

–  Послушай, сын, - на подходе начала она, сверкнув темными глазами, - я все понимаю, у тебя любовь, у тебя чувства, и у тебя бережное отношение к невесте, но… Я не позволю, чтобы моя будущая невестка шаталась по императорскому дворцу в дешевом платье!

И как-то совершенно незаметно для себя, я оказалась позади магистра, но что было неожиданностью, там же оказалась и Лирран.

–  Темных, - прошептала мне девушка.

–  Кошмарных, - ответила я.

–  Хорошо, что у дяди спина широкая, всем места хватит, - Лира хихикнула, кивнула на черную завесу и предложила, - давай музыкантов позовем, будем все прятаться.

Я улыбнулась и подумала, что у Риана обе племянницы очень хорошие, и та малышка, и эта высокая, удивительно красивая зеленоглазая и темноволосая эльфийка в ослепительно белом платье.

–  Скорее нам проще у них спрятаться, - шепнула я.

–  Ты сомневаешься в широкости дядиной спины?
– Лира рассмеялась.

И зря.

–  Лирран!
– прошипел свекромонстр.

Девушка с тяжелым вздохом покинула убежище.

–  Дэя!

А вот я осталась стоять, мне и здесь хорошо. Правда, имелся один момент:

–  Это платье вы мне купили, кстати, - правда стоять я продолжала все так же за Рианом.

–  Оно не для дворца!
– шипение с прорывающимся рычанием.
– Оно для Ардама, я специально подобрала несколько, чтобы ты не выделялась сильно на общем фоне. Но во дворце такое носить неприемлемо, Дэя!

За спиной магистра было хорошо, но всю жизнь так не простоишь:

–  Леди Тьер, - я все же осторожно вышла, - я же не все время во дворце… Мы с Юрао расследование ведем, а появляться в чем-либо дорогом и красивом в том же гномьем квартале просто глупо.

И свекромонстр умолк. Леди задумчиво посмотрела на меня и сказала:

–  Хорошо, но новые платья и ИнСин тебя ждут в городском доме Риана, это первое, и второе, - взгляд на магистра, - сын, я, конечно, гениальна и восхитительна, но даже я не заменю Дэю на примерке бального платья. Должны быть у меня, можно оба, вечером к семи. Не опаздывать, иначе я…- шипение, - я не знаю что сделаю, но вам обоим это не понравится!

–  Будем, - спокойно ответил лорд директор.

Свекромонстр мгновенно вернулся к мирному расположению духа, даже заулыбалась, но как выяснилось это был отвлекающий маневр, потому как далее последовало:

–  Дэя, дорогая, ты умеешь танцевать?

–  Тебе конец, - словно ни к кому не обращаясь, шепнула Лирран.

–  Лира!
– взревела леди Тьер.

Риан устал вздохнул и тихо, спокойно, абсолютно равнодушно произнес:

–  Мама, давай сразу определимся с танцами - Дэя не будет танцевать ни с кем, кроме меня.

Не знаю, что это значило, но и свекромонстр и Лирран в оцепенении смотрели на магистра, словно отказываясь верить в сказанное. Дернув головой, от чего высокая прическа дернулась в сторону, леди Тьер прошипела:

–  Что?!

Риан, превышающий мать в росте, чуть наклонился и повторил:

–  Дэя будет танцевать со мной, и только со мной. И алетару и ваеру я в состоянии научить ее сам, ничего сложного, что касается остальных танцев, включая каесо - нет!

Лирран продолжала в священном ужасе взирать на дядю, свекромонстр почему-то посмотрела на меня, причем мрачно и неодобрительно. Затем сказала сыну:

–  Это просто… неприемлемо.

–  Не обсуждается, - последовал холодный ответ.

Молчание… напряженное молчание, недовольный взгляд и тихо: