Мне без конца блазнилось, что Сашка все-таки вывернется и подаст апелляцию. И мне пришлют повестку на новое заседание. По адресу прописки, разумеется. И что мама разлетится с «радостной» новостью. Поэтому звонок и не сбросила.

– Таточка, ты дома? – поинтересовалась она.

– Да, - ответила я, не чуя подвоха.

– Я сейчас недалеко, на Просвещения. Зайду через полчасика, навещу вас с Тошиком.

Мама познакомилась с Тошкой после того, как я вышла из больницы. Влюбилась в него и время от времени забегала потискать. До сих пор мне удавалось разруливать все так, чтобы они с Антоном не столкнулись, но тут получилось попадалово.

– Скажи, что ты не одна, - прошипел он.

Я сделала страшные глаза и замахала на него рукой.

– Хорошо, ма, заходи.

– Слушай, ну ты хоть бы ее предупредила, - проворчал Антон, быстро одеваясь. – Если уж не могла придумать причину, чтобы отмазаться. Придет, а тут сюрприз. Зачем такой адреналин? Хватит того, что с моим отцом черт знает что получилось.

– Ты что, собираешься остаться и с ней познакомиться? – я вытаращила глаза.

– Не понял, - он остановился одной ногой в штанине. – А ты собираешься меня домой отправить?

– Антон, - заскулила я. – Если ты действительно хочешь, я тебя с ней познакомлю. Но только не сейчас. Попозже.

– Ну хоть объясни, что ли. Что сейчас-то не так? Ты, вроде, взрослая тетенька, с мужем развелась. У тебя не может быть личной жизни?

Я быстро скатала постель и засунула в ящик дивана.

– Тебя это уперло? Послушай, сделай одолжение, надевай штаны и… Хорошо, объясню. Пока я была в больнице, матушка до него докопалась, с чего вдруг у нас такой пассаж вышел. Ну он ей и объяснил популярно, что я шлюха и все такое. Что у меня другой мужик в наличии.

– И она ему поверила? – застегивая рубашку, хмыкнул Антон.

– Не знаю, поверила или нет, но по ушам поездила. Мне. Типа, может, я ему дала повод так думать.

– Ладно, я понял. Хотя с тех пор прошло больше трех месяцев, приличной личной жизни у тебя быть не может. Только шлюшистая. Я поехал.

– Антон!

Он подошел, обнял меня, убрал волосы с лица.

– Наташ, я не обижаюсь. Ну… может, совсем немножко. Если такая ситуация в напряг, давай обойдемся без нее. Купим торт и прилично поедем в гости. Притворимся, что ходим в кино за ручку. Главное, не забудь ей сказать предварительно, что я автомеханик. Нет, лучше автослесарь, так ужаснее звучит. Почти как сантехник.

Я фыркнула.

– Хочешь, вечером приезжай.

– Ну уж нет, моя дорогая, выгнала – значит, выгнала. Поеду своих навещу. Будет у нас сегодня такой родительский день. И у тебя, и у меня. Заодно отдохнем немного друг от друга.

Тут я снова фыркнула, уже возмущенно, и он показал язык.

– Нет, ты правда хочешь с ней познакомиться? – я посмотрела на Антона с подозрением. – Не шутишь?

– Ну… не то чтобы прямо мечтаю… - он запнулся и выругался, потому что Тошка опять вытащил шнурок из ботинка, это была его коронка. Хорошо хоть не унес, а тут же и бросил. Просто потроллил. – Но если надо… А я думаю, что надо. Все, мыша, я убежал. Позвони потом, как и что.

– Натка, какой он все-таки милый, - вздохнула Ольга. – С мамой познакомиться хочет. Сам. Витька вон месяца два смелости набирался, пока я его за шкирку не потащила. И вообще просто зая. Я тебе сразу сказала. Еще когда он Тошку подобрал.

– Да, - вздохнула я и подошла к раковине помыть кружку. – Все правда. Только мне почему-то иногда бывает так страшно. И чем лучше у нас все, тем больше.

– Здрасьте вам через окно, - скривилась она. – Приехали. Что опять не так? Все боишься, по бабам пойдет?

– Да нет… Не знаю, Оль. Как будто поверить не могу, что все может быть так хорошо.

– Нат, ну это понятно. Когда так нажглась, боишься снова вляпаться. Прошло-то всего ничего. Ты фактически даже и не разведена еще.

– У меня уже какая-то идефикс, - убрав кружку в шкаф, я выглянула в коридор. Валя от стойки помотала головой: пока никого. – Все время кажется, что он или заявится снова, или апелляцию подаст.

– Глупости, - отрезала Ольга. – Я почитала об этом. В мировом суде это вообще анриал, потому что апелляция подается тому же судье, который рассматривал дело. Должны быть веские аргументы касательно процессуальных нарушений, тогда жалоба уйдет в районный суд. А какой судья согласится, что он что-то там нарушил? Да и к тебе вряд ли припрется. Хуже другое, Натка.

– Что?

– Да то, что он никуда и не уходил. Он у тебя в голове, третьим с вами. Ты привыкла жить в триллере, вот тебе никак и не поверить, что все может быть хорошо. Ищешь причины, по которым обязательно все будет плохо.

– Вы опять тут языками молотите? – в комнату отдыха вошла Катя. – Заняться нечем?

– Так нет никого, - возразила я. – И у нас кварц.

– Кварц сто лет как закончился. А у вас, наверно, карты все заполнены, вакцины расписаны? Или вам премию снять?

– Вот грымза, - буркнула Ольга. – Заметь, она только к нам с тобой цепляется. У Светки в картах вообще черт ногу сломит, на Толика жалобу на днях написали, но это ничего. И знаешь, почему? Потому что у нас с тобой все хорошо, а от нее очередной мужик сбежал, теряя боты.