Вскоре я уже был далеко от своего дома и от особистов. Вообще я мог бы раствориться в этом городе или в этой стране… Без следов. И забыть.

Про все, про МИД, про Тройку, про Алмазные НЕРвы, про бандитов и наркоманов. Устроился бы на работу в какую-нибудь мелкую фирму…

Тут я вспомнил, с какой формулировкой я буду фигурировать во всех базах данных бирж труда, и мне стало тошно. Несоответствие занимаемой должности – это вам не шутка. С такой анкетой разве что в…

В какую легальную организацию с таким личным делом можно пойти, при перегруженности рынка труда представителями моей профессии, я не знал.

Рассуждая так, я вдруг обнаружил, что уже не одинок в путешествии по крышам. В десятке метров от меня на крышу выскочило несколько человек, одетых в камуфляж и вооруженных каким-то автоматическим оружием. Все, что я успел сделать, так это юркнуть за какие-то надстройки, в проем между которыми я смог довольно четко видеть этих парней, смахивающих на спецназовцев.

Двое засели возле решетчатой фермы, а третий куда-то исчез из моего поля зрения. Эти парни явно чего-то ждали. И что самое досадное, они ждали именно в том месте, где я планировал спуститься на грешную землю.

Внезапно с крыши противоположного дома, словно кузнечик, вылетел незнакомый мне мужик в синих джинсах и какой-то странной футболке. Легко так вылетел… То ли спортсмен, то ли гнался за ним кто. Вот только место своего приземления мужик рассчитал неправильно, поскольку спецназовцы довольно бурно отреагировали на его появление. Двое, что прятались за решетками, выскочили, потрясая своими пушками, а третий мигом прижал мужика шокером.

У меня появилось ощущение, что я попал в очередную интересную историю.

Не стоило мне тогда соглашаться играть с Тройкой в «Скат». Ох, не стоило.

Спецназовцы были злобные, ощеренные и потные. Еще бы – по такой-то жаре попрыгай по крышам, да еще когда соратников молотят вовсю в клубе внизу.

Любое мое движение скорее всего окончилось бы внушительным разрядом из шокера или просто ударом приклада в челюсть. Поэтому я стоял смирно, позволив спецназовцам обыскивать меня.

Сделали они это профессионально, и я лишился пачки сигарет. Документы оставили, равно как и ключ от квартиры. На руки навесили наручники. Облегченные, но все-таки наручники. Очень неприятное ощущение, хоть и не новое.

– Стой тихо, – велел тот, что с шокером. Я послушно прислонился к штырю громоотвода и тут уловил какое-то движение поодаль.

За башенкой метрах в десяти от меня прятался парень. Весь в коже, в таком виде ходят в ночные клубы типа «Алебастра», но никак не лазают по крышам. Спецназовцы его не видели, потому что отслеживали противоположную крышу, откуда я только что прибыл, – наверное, ждали, что оттуда прибегут еще незаконопослушные граждане. Кстати, ни официанта, ни Соколова видно не было.

Я вновь обернулся. Парень был на месте и явно не знал, куда деваться. Он поднял указательный палец и прижал к губам, скорчив умоляющую рожу, – надо думать, просил, чтобы я не сдавал его. У меня и в мыслях подобного не было, посему я добродушно улыбнулся и подмигнул. Парень кивнул и исчез, буквально растворившись за трубой.

Потом меня спустили вниз, где ожидали только что вернувшиеся с поля боя начальники. Меня не били, потому что я сразу показал карточку ай-джей. Но и отпускать не торопились.

– Поедешь в Магадан, там разберутся. Если обидели – принесут официальные извинения. Если нет – чего-нибудь еще принесут, – сказал милицейский лейтенант.

Громкие фамилии муровских руководителей, называемые мною, пользы не принесли, и меня в компании других двадцати закованных в наручники бедолаг загрузили в темное нутро милицейского фургона. Внутри пахло потом, какой-то едкой химией и низкооктановым бензином. Зашипев, дверь закрылась, под потолком засветилась неяркая зарешеченная лампа.

Магадан… Большая тюрьма за городом, выстроенная лет двенадцать назад, получила это название от старых рецидивистов, и оно прижилось. Настоящий город Магадан сейчас назывался как-то по-японски, и вряд ли кто-то из едущих со мной в фургоне вообще знал, что такой существовал в прошлом. В основном попадались обглюченные подростки, пара шлюх, обслуживающий персонал – повара в колпаках. Основные силы, очевидно, еще вели бой в клубе.

Соколов, надо полагать, сладко почивает на крыше в компании официанта-педа. Лишь бы тот не воспользовался его сонным состоянием… А то будет потом Борька обижаться. Хотя, с другой стороны, шуточки с его кибердвойником почище будут, пусть он об этом и не знал.