— Блин, не бросили бы… — расстроенно сказал жрец.

— Тут уж все в твоих руках, — пожал плечами Корнулл.

— Согласен. А ты чего меня раньше не подлечил? — возмутился Шиссаш.

— Да я тебя добить готов был, когда ты ритуал чуть не порушил, — огрызнулся маг.

Дальше развивать тему жрец не стал.

— Почему ничего не происходит с лугасом? Неужели он нас все же где-то надул?

Часть печати вокруг Гертрана и правда до сих пор оставалась тусклой, а тот сидел в своем прямоугольнике, и без особого интереса наблюдал за двумя друзьями.

Шиссаш немного привстал, и начал прищурившись всматриваться.

— Да нет, происходит, просто ты пока что не видишь, — ответил он.

Долго ждать магу не пришлось.

Сначала лугас начал немного напряженно оглядываться по сторонам, будто видел что-то, чего не видел Корнулл. Затем прямоугольник вокруг него наконец начал наливаться силой. А вместе с ним те руны, которые располагались вдалеке от основных фигур, и так же все еще оставались без действия.

В отличие от остальных фигур, руны засветились багрово-оранжевым цветом. Цепочки отдалились от земли и поплыли в сторону Лугаса.

Гертран встал, и немного развел руки в стороны и свел ноги вместе. Руны не замедлили этим воспользоваться, и начали оплетать его подобно цепям. Одна оплела ноги, две — руки, еще две — корпус. Когда с этим было покончено, свободные концы цепей натянулись и повисли в воздухе, будто были к чему-то надежно зафиксированы, этим окончательно лишив лугаса хоть какой-то подвижности.

Когда с фиксацией было окончено, тень сзади Гертрана стала расти, и разрастаясь заполнила собой весь объем того прямоугольника в котором он сидел, полностью утратив очертания своего владельца.

Корнулл с болезненным интересом наблюдал за происходящим.

— Дверь? — спросил он, указав на заполненный тенью прямоугольник.

Жрец кивнул.

В этот момент по тени пошли волны, схожие с волнами на воде, от попавшего в нее булыжника.

Лугас дернулся. Волны шли одна за другой все чаще, и он уже не смог сдерживать крик. С каждой секундой крик становился все громче, пока Гертран не охрип. Он дергался уже безостановочно, но руны-цепи крепко держали его на месте. Потом хрип сменился сипом, а затем пропал и он. Лугас просто разевал рот в беззвучном крике, и мелко дрожал с запрокинутой головой, и закатившимися глазами.

Под воздействием насыщенности атмосферы энергией, стало видно как души со всех сторон слетаются к темному проходу и ныряют в него.

— Пойдем. Мне не по себе, — передернувшись сказал Корнулл.

— Согласен. Сейчас только, одну минутку, — ответил жрец, и приложив указательный палец к земле, отправил в нее импульс силы, после чего кулем свалился на землю.

Вокруг места ритуала вырос тонкий непрозрачный купол из сжатой земли, который имел отверстие только в том месте, где в небо бил столб энергии.

— Вот же баран, — вздохнул Корнулл, и без особого труда закинул изрядно скинувшего вес друга себе на плечо.

— Зачем ты это сделал?

— Не хочу… чтобы.. его кто-то… видел таким… — едва ворочая языком проговорил жрец.

— А меня попросить не мог, гений?

После этого вопроса жрец молчал секунд тридцать.

— Блин… — наконец сказал он, — мне явно нужно отдохнуть. Перенапряжение не лучшим образом сказывается на моих мыслительных…

— Чего замолчал-то, — обеспокоенно спросил маг, когда через десять секунд мысль так и не было окончена.

— Хррр… — раздался храп из-за плеча.

— Грр, ненавижу дроу. Даже если они не чистокровные, — прорычал Корнулл, не особенно заморачиваясь тем, что и сам имеет немалую примесь темной крови.

Глава 30

Где-то в космосе.

Туристический корабль неспешно двигался своим привычным маршрутом, когда прямо по курсу перед ним за несколько секунд возник энергетический щит, который простирался на все обозримое пространство.

Это произошло так быстро и неожиданно, что сменить курс команда уже не успевала, и теперь люди обреченно смотрели, на препятствие в которое вот-вот должно было врезаться их судно.

На двигателях в полную мощность работала обратная тяга, в попытке затормозить. Но несмотря на то, что скорость успешно замедлялась, столкновения было уже не избежать.

Когда до катастрофы оставались считанные секунды, корабль мигнул, и пропал.

Возле щита появились две фигуры — мужская и женская.