Взглядам лугасов открылась магическая печать. Ничто в ней не указывало на то, что с момента ее создания прошли года. Все так же как и в первый день светились силовые линии. Маги разных рас застыли на своих участках рисунка, и выглядели так, словно ритуал только-только начался.

Изменился только лугас. Он больше не разевал рот в беззвучном крике. Несмотря на то, что мир уже был открыт, и души могли уйти в посмертие обычным путем, тень за его спиной несколько раз беззвучно дернулась. При этом он не издал ни звука, и кажется, вообще этого не заметил.

Повинуясь воле Ларма, фокусирующие артефакты взмыли со своих мест, и безжизненно упали на землю, лишившись всей магии. Сразу же прекратил бить из земли столб света. Лини магического рисунка стали тускнеть, а линза растворялась в воздухе.

Пропали нити, удерживающие пожертвовавших собой магов, и сразу исчезла иллюзия того, что они могут быть живы. Лишенные подпитки от источника тела, тут же рассыпались прахом.

Чернота позади Гертрана ужалась до прежних размеров, и опять стала обычной тенью, а сковывающие его руны-цепи исчезли, и он безвольно рухнул наземь.

Стефия подбежала к ученику Ларма, и осторожно перевернула его на спину. Золотистые когда-то глаза парня, стали белесыми и безжизненно смотрели в небо. Лишь в самой их глубине изредка появлялись золотистые искорки, но они появлялись так редко, и исчезали так быстро, что невозможно было понять — на самом деле они есть, либо это просто игра воображения.

Лугасса накрыла тело диагностирующими плетениями, которые легкой паутинкой оплели Герта.

— Что с ним? — спросил Ларм, с едва заметной тревогой в голосе.

Девушка ответила спустя десяток секунд, когда ее плетения рассеялись.

— Чтобы защитить разум от боли, его сознание создало псевдоличность, которая состоит из тысяч личностей разумных, прошедших сквозь его канал связи с доменом. Боль которую он испытывал, распределялась между каждой субличностью этого коллективного сознания, за счет чего становилась значительно меньше. С энергетическим телом все более-менее нормально, а вот канал связи с доменом от перегрузки пострадал, и какое-то время попасть домой он не сможет, — ответила Стефия.

— Хотя сила как и прежде ему оттуда поступает, так что беззащитным он не останется.

Ларм скептически посмотрел на ученика.

— Ну да. Овощ, с подпиткой от домена совсем не беззащитен.

Ответить девушка не успела. Все время не подававший признаков жизни лугас зашевелился, и сел. Осмотрелся по сторонам. На наличие рядом двух собратьев он никак не отреагировал. Отметил что они присутствуют, и все. Взгляд его все так же ничего не выражал.

Долго оставаться на месте он не стал, и сразу же покинул свое тело, отправившись на новый вызов.

— Он достаточно разумен, чтобы нормально справляться со своими обязанностями? — спросил Ларм.

— Вроде должен быть вменяемымым, — неуверенно ответила девушка.

— Так может его подлечить? От него прежнего еще хоть что-то осталось?

— Да, его личность осталась где-то глубоко под слоем других. Но лечить не нужно. Лучше дать ему время, и он сам выкарабкается обратно. А пока пусть отдохнет, скинув все тревоги на тот коллективный разум, частью которого сейчас является.

— Ну, если ты так считаешь… Кстати, а кто ему книжку-то подбросил с описанием сидфингов? Никогда не поверю, что он споткнулся о нее случайно.

— Кто знает, может и случайно.

Эпилог

Неизвестное количество лет спустя, в одном из населенных миров.

Таверна под завязку была набита посетителями. Кроме местных жителей, пришедших пропустить на ночь кружку пива, тут присутствовали проезжие купцы с охраной, и отряд вооруженных людей, скрывающих свою внешность под широкими балахонами.

В зале стоял гул голосов. Люди с упоением делились друг с другом новостями, волнениями и страхами. Такая атмосфера была вызвана участившимися массовыми убийствами, совершавшимися психами из возникшей пару лет назад темной секты.

— Что-то еще будете заказывать? — дружелюбно спросил трактирщик, лично подошедший к отряду наемников скрывающих лица. Эти посетители уже около часа распивали один двухлитровый кувшин пива на шестерых, что было для этой братии нетипичным, и не заказывали ничего нового.

Отсутствие заказов уже само по себе вызывало неприязнь у хозяина заведения, так еще и эти глубокие балахоны. Зачем честным людям скрывать лица?

— Нет, мы уже скоро уходим, — ответил один из наемников глухим голосом. Вроде ничего такого в этом голосе не было, но трактирщика пробрало до дрожи.