— Ну, теперь доволен? — Маринка засмеялась, стирая остатки помады с подбородка.

— Да! Теперь твой макияж, идеален! Но помада у тебя ужасно невкусная! Не покупай больше такую, — довольно улыбнулся Костя.

Родители Кости жили через пару кварталов от его собственной квартиры. Поэтому он почти каждый день навещал их, забегая после работы. Ни одного дурного слова в их адрес Маринка никогда не слышала и умилялась такой нежной сыновьей привязанности.

Хоть она и сама обожала своих родителей, но столько теплоты, сколько выдавал Костик, общаясь со своими по телефону, она никогда не излучала. И при этом всём он точно не был маменькиным сыночком. В его поступках никогда не было слепого подчинения. Лишь уважение, любовь и забота.

У самой двери в квартиру родителей Маринку начало потряхивать от волнения. Непонятная паника накрывала удушливыми волнами, и она с силой вцепилась в ладонь Кости.

— Да не переживай так! Они у меня очень скромные и добрые. Тем более я о нас столько рассказывал, что они тебя уже практически дочерью считают, — Костя легонечко обнял Марину за плечо и наконец нажал на звонок.

Послышались торопливые шаркающие шаги, и щёлкнул замок. Дверь открыла невысокая пухленькая женщина с милой улыбкой. Из квартиры пахнуло теплом и сладковатым запахом свежей выпечки. Особый аромат уюта и детства. Теперь понятно, почему Костю так тянуло сюда после холодных кабинетов клиники.

— Наконец-то! Мы с отцом заждались, — мама прижалась к Косте и крепко обняла его, расцеловав в обе щеки. Потом немного отстранилась и, осмотрев Маринку с ног до головы, засияла ещё больше. — Какая же наша Мариночка красивая! Котя, я уже и не надеялась, что ты в дом девочку когда-нибудь приведёшь! Всё ждала! А ты вот только сподобился.

— Мам! Ну хватит! — неловко протянул Костя и вручил ей Маринкин пирог, испечённый специально по случаю знакомства.

Но она мама Кости проигнорировав презент, ловко подхватила Маринку под локоть и увлекла за собой в гостиную.

— Отец! Иди скорее сюда! Котя свою девочку привёл! Посмотри, какая хорошенькая!

Тут же из соседней комнаты показался отец Константина. Он был совершенной противоположностью своей супруги: высокий, худощавый, с угловатыми чертами. Он наспех застёгивал пуговки на сорочке. Видимо не успел приоделся к приходу гостей.

— Мы вас заждались, — мужчина приветственно кивнул Маринке и, пожимая руку сыну, хитро подмигнул, — Хороша, хороша… Молодец, сынок! Хорошую невесту привёл.

Внутри у Маринки бушевала буря эмоций. Ей было приятно слышать комплименты в свой адрес, но они как будто были адресованы не ей, а Костику. Родители хвалили именно его, за то, что он молодец, такую женщину отхватил. А она, словно безмолвная вещь, стояла и глупо улыбалась.

До этого семейного ужина, Маринка считала, что её родители злоупотребляют сюсюканьем, но мама Кости их переплюнула. От переизбытка сладеньких слов у Марины начало сводить челюсти. Отец Кости, Анатолий Степанович был гораздо сдержаннее в проявлении своих чувств и частенько осаждал не в меру любопытную супругу. Хотя, так же как и она обращался не напрямую к Марине, а исключительно через своего сына:

«Котечка, как вы доехали? Котя, вы проголодались? Сынок, а что наша Мариночка будет пить? Котя, а Мариночка какой чай будет чёрный или зелёный?»

Пообещав Косте, что она будет себя вести скромно, Маринка из последних сил сдерживала своё желание узнать, почему нельзя обратиться к ней напрямую, и не использовать их сына в качестве передаточного звена. Изредка хихикая и закатывая глаза, она представляла, как после этого ужина она будет его подкалывать, называя Котечкой.

«Странная семейка, — думала про себя Маринка, наблюдая за их милым воркованием. — Хорошо, что Костик отдельно живёт. А то сума сойти от передозировки такой навязчивой заботой».

Когда же Любовь Васильевна предложила чаю, Маринка заметно оживилась, ведь это значило, что семейный ужин подходит к финалу. Принесённый Маринкой пирог сиротливо остался стоять на кухне, а заботливая мама Костика принесла на стол свои пирожки.

Она суетилась, расставляя праздничные чашечки, и то и дело задерживала взгляд на Марине. Потом широко улыбалась, не говоря ни слова, и продолжала свои хлопоты.

— Котечка, ну ты расскажи, какие у вас планы? Жениться когда думаете? Нам же с отцом надо заранее, чтоб там подарки подготовить, родню собрать, — Любовь Васильевна с надеждой глянула на сына.

— Мам! Ну ты… Весь сюрприз мне испортила! — Костя сжал губы и недовольно качнул головой.

Марина с удивление глянула на него, приподняв бровки.

— Ладно, раз уж пошёл такой разговор… — он встал из-за стола и ловко извлёк маленькую коробочку из кармана. Потом повернулся к Маринке и взял её за руку. — Сегодня за этим столом собрались мои самые дорогие люди. Те, без кого я не мыслю своей жизни. Именно сегодня я хочу сделать важный шаг.

Он хотел продолжить, но видимо от волнения горло его пересохло, и Костя закашлялся, пытаясь продолжить речь. Его мама снова засуетилась и, подскочив с места, подала сыну стакан с водой. Сделав глоток, он продолжил: