Он толкает меня обратно на мех и связывает мои руки в запястьях. А затем мне приходится вытянуть руки над головой, чтобы он мог привязать их к каминной решётке.

Моё сердце едва не выпрыгивает из груди. Мне не очень нравится идея оказаться беззащитным перед ним. Я не знаю, какие у него фантазии. Что, если они жестокие и извращённые? Нет, Шторм не такой. Хотя он может быть немного хаотичным, но он не садист. По крайней мере, раньше я в нём этого не замечал.

— Не бойся. — Шторм нежно целует меня в кончик носа. — Я просто хочу кое-что попробовать.

— Что? — выдыхаю я.

Моя эрекция почти прошла, но, когда Шторм легонько целует головку, кровь снова устремляется к члену, и он поднимается ему навстречу.

— Хочу посмотреть, как далеко я могу с тобой зайти. Насколько ты мне доверяешь.

По телу проходит дрожь — от похоти и страха. Шторм собирается заняться со мной сексом? Не знаю, готов ли я к этому, хотя уже много раз такое себе представлял. Почувствовать его в себе, быть с ним одним целым…

Шторм начинает нежно меня гладить, сосредотачиваясь на мне, словно хочет изучить каждую мою реакцию.

Он массирует мою грудь, кружит рукой по животу, мнёт бёдра.

— Т-с-с, просто расслабься.

Тяжело дыша, я закрываю глаза. Я повстанец. Что бы он сделал, если бы узнал об этом? Если бы он узнал об этом сейчас?

Не думать об этом. Я хороший врач, и Воин доставит мне удовольствие.

Когда я открываю глаза, радужки его глаз будто светятся. Вкупе со своими беспорядочными косичками он выглядит как Воин-вампир. Опасный и зловещий, и в то же время в некоторой степени привлекательный, словно его взгляд гипнотизирует меня.

Шторм хватает мой член у основания, оттягивает крайнюю плоть назад и опускается ртом на всю длину ствола.

Из моего горла вырывается длинный стон, я выгибаю спину и откидываю голову. Шторм взял меня очень глубоко. У него внутри узко и горячо; он нежно сосёт меня и ласкает языком. Низ живота простреливает удовольствие. По мне расползается жар, в член закачивается ещё больше крови, яички поджимаются. Шторм щекочет их кончиками пальцев, нежно сжимает и массирует.

Боже, я не смогу держаться долго. Но как только я приближаюсь к оргазму, Шторм отстраняется и говорит с улыбкой:

— Так быстро вечеринка не закончится. Теперь моя очередь.

Он наползает на меня, и его член упирается мне в губы.

— Оближи, — приказывает Шторм хрипло.

Мой язык сам собой высовывается и кружит по напряжённой головке. Мне нравится эта нежная, гладкая кожа и солоноватые капли, которые блестят на кончике. Когда я проникаю в отверстие языком, Шторм стонет и вдавливает свой член мне в рот.

— Хочешь большего? Ты это получишь.

Он протискивается глубже, и я лихорадочно дышу через нос. Его доминирование заводит меня. Проклятье, как же он меня возбуждает. Хотя сейчас Шторм не обращает внимания на мой член, тот постоянно дёргается, и капли удовольствия текут рекой.

Я чувствую себя во власти Воина, он пользуется мной, и всё же, я с радостью показываю ему, на что способен. Я стараюсь сосать как можно лучше и действую языком так же, как до этого делал он.

— О, ты великолепен, — говорит Шторм, тяжело дыша, и отстраняется. — Теперь можно продвинуться ещё на шаг дальше.

Я поднимаю голову, и моё сердце делает скачок, когда он садится на корточки между моими ногами, сгибает их в коленях и прижимает к моему животу.

— Что… ты хочешь сделать? — спрашиваю я, дрожа. Господи, он же не… — Шторм… — Мой голос едва слышен.

— Не бойся, сладкий, просто расслабься.

Он наклоняется к моему паху и облизывает яички, а затем скользит ниже, лаская промежность.

Шторм никогда ещё не прикасался ко мне в этом месте. И он неудержимо опускается ниже, пока не касается языком ануса. Шторм обильно смачивает его слюной и, стоная, вылизывает меня, по-прежнему держа мои ноги.

— Ты пахнешь божественно, — шепчет он мне в ягодицы. — Если бы я знал, какой ты вкусный…

Шторм упирается языком в мышцы сфинктера и проникает между ними.

Боже, это прекрасно! Хотя мне неловко, что он уделяет так много времени такому интимному месту, я парю на седьмом небе от удовольствия.

— Расслабься, и тебе понравится.

Шторм снова нависает надо мной, но как только он отпускает мои ноги и пытается проникнуть в анус, я напрягаюсь. Из страха перед болью или перед его длиной? Или я боюсь потерять контроль? Я не могу полностью отдаться Шторму, что-то мне не даёт.

— Т-с-с… сладкий, — бормочет он мне в губы. — Чего ты боишься?