–  Степа не захотел.

–  Почему?!
– удивилась.

–  Судя по всему, она будет ближе к людям, чем к оборотням. Степа сказал, что это неудобно.

–  Он что стыдится собственной дочери?
– поверить не могла в услышанное, мать промолчала и отвела взгляд. А девочка, видимо, оказалась очень чувствительно к чужим эмоциям. Я старалась не слишком повышать голос, чтобы не пугать ребенка, но Вита все равно начала плакать.

–  Ты ужасная мать!
– внезапно произнесла и передала маме ребенка. Поднялась и покинула кабинет.

–  Влада?!
– не повернулась на голос матери, закрывая за собой дверь.

У нас еще обязательно будет время обсудить проблемы со здоровьем моей сестры. Возможно, даже придется забрать девочку из семьи Васиных на какое-то время и самой заняться ее лечением. Пока думать об этом не хотела. Находилась в откровенном шоке от наплевательского отношения матери к собственным детям. Ладно, я уже взрослая и мама отвечаю за свою жизнь, но Вита...

Глава 16

–  Влада?
– Лукрецкий удивился, когда я подошла к нему. Он не слишком пытался взять под контроль собственные эмоции. Обычно оборотень не любил их демонстрировать, предпочитая выглядеть в глазах окружающих уверенным в себе циником. Мне нравился такой его образ, я привыкла к нему. Настоящие эмоции можно было наблюдать, если, не отрываясь, смотреть на него какое-то время. Обычно какие-то чувства на лице мужчины задерживались лишь на секунду-две и лицо снова приобретало знакомую, несколько снисходительную ухмылку. А сейчас прошло приличное количество времени с того момента, как Лукрецкий заметил меня и я, не спеша, дошла до него.

–  Мы закончили. Можем идти, - сообщила, не обращая внимания на Степана Валентиновича. Впрочем, тот со мной тоже не поздоровался, хоть и застал в компании альфы. Он в отличии от матери не мог не почувствовать запах нашей с Яном близости, а это очень о многом должно было поведать оборотню.

–  Ну, пойдем, - Лукрецкий достал купюру и положил на барную стойку. Пустую барную стойку.
– Что случилось?
– поинтересовался он, когда мы оказались на улице.

–  Пойдем куда-нибудь пообедаем, - предложила.
– Есть хочу.

–  Влада, - упрекнул оборотень. В принципе разделяла его негодование, только что покинули ресторан. Правда, спорить не стал, когда я утянула его в сторону небольшого кафе, расположенного чуть дальше по улице. При входе Лукрецкий потянул носом и кивнул. Забавно так, а, главное, весьма практично.

–  Ты мне расскажешь, что случилось?
– поинтересовался он, присаживаясь за столик у окна. Я, наплевав на диету, взяла себе мясной киш, позволив оборотню за себя заплатить.

–  Ты знал, что у ребенка проблемы?

–  Какие проблемы?
– заинтересовался оборотень.

–  Виталине два с половиной года. Она почти не говорит. Так, лепечет что -то совсем невнятное.

–  Плохо. Обычно мы отслеживаем здоровье каждого ребенка.

–  И почему здоровьем девочки никто не заинтересовался?

–  Обычно этим занимается Луна стаи. Если Луны нет, то пара беты. У моего беты официальной пары нет, а взвалить на него еще и это я просто не мог.

–  А ты что делал?

–  Пил.

–  Оборотни не пьют, - возразила. То есть пьют, но не напиваются. Особенно альфы с их усиленной регенерацией. Это надо пить без остановок, чтобы поддерживать эффект опьянения.

–  С чего ты взяла?

–  Ты сам говорил.

–  Это смотря, как пить, - мрачно усмехнулся Лукрецкий.

–  Ты поэтому выглядишь, э-э, так?

–  Плохо?

–  Да.

–  Частично.

–  Это из-за нашей разлуки?

–  Да.

Все! Стоп! В данный момент я не хотела знать подробности.

–  Влада, я обещаю, что мы постараемся помочь твоей сестре, если это возможно. Я только не понимаю, почему ко мне не обратился Васин.

–  Ему было стыдно.

–  ЧТО?!

–  Я так поняла, что девочка не сможет обращаться. Поэтому ему особо наплевать, что с ней, - вообще, мне было не слишком понятно. Обычный оборотень не мог сказать до пубертатного периода, будет ли иметь ребенок вторую ипостась. На ранних стадиях такой информацией располагал только альфа. Что-то они там чувствовали.

–  Твою мать!
– выругался оборотень.

–  Именно, - вздохнула.
– Поэтому я предпочла прервать наше общение. Мне захотелось ударить мамочку, чтобы у нее встали мозги на место.

Зазвонил мобильный телефон. На экране высветилось имя абонента. Михаил Лаврентьев. Лукрецкий протянул руку, взял мобильный телефон, посмотрел на экран и положил обратно на стол.

–  Любовник?
– хмуро осведомился он.

–  Ага, - беззаботно отозвалась, принимая вызов.
– Да. Да, Михаил Леонидович, я свободна. Давайте через полчаса. Да, знаю. До встречи.