Момент, когда наши глаза встретились был только нашим. Весь мир отошёл на второй план — остались только я и она. Я не могу проиграть. Я запечатлел их лица в своей голове — их всех. Сделал мысленную фотографию, и спрятал в глубине своего мозга. Они — моё топливо, мой огонь. Я живу и дышу ради них. И ради них я буду продолжать это делать.

Я помог Коре присесть, и отошел назад. Ещё раз обвёл всех взглядом. Я был полностью сосредоточен на своей задаче. Время чувств и жестов любви исчерпано. Обещания выполнены. Обещания, за которые мне предстоит сражаться, чтобы выполнить.

— Все знают о плане? Вы, ребята, будете смотреть бой из номера. Если я проиграю — вы уезжаете на Додже по первому обговоренному нами маршруту. Если останусь жив — мы с Джо последуем по своему пути. Встретимся в месте, указанном в записке в нашем доме. Мы перегруппируемся. Запомните: только наличка и липовые имена. Никаких гаджетов. — Я посмотрел на Джанет. — Даже Киндл. Новое правило. Читайте книги в обложке.

Сложив руки на груди, Джо кивнул. Остальные последовали его примеру. Мы — команда. Семья. Мы уяснили это. В случае чего, им следует подбросить свои мобильные в автомобили с северными номерами. Если же ребята не смогут этого сделать, тогда им придётся воспользоваться местным общественным транспортом или просто выбросить телефоны в мусорный бак.

— Если вас попробуют задержать или помешать — используйте запасной план. Импровизируйте.

Все согласились. Во время поездки, мы обсуждали это несколько раз. И ещё парочку раз дома.

— Не называйте место встречи. Ни здесь. Ни где-либо ещё. Всегда имейте ввиду: за нами следят и подслушивают каждое слово. Будьте бдительны, пока не покинете это место.

Джо шагнул к двери.

— Мудак, они уже всё поняли. Нам пора.

Оглядываюсь на свою семью.

— Я сделаю это. Мы сделаем это.

Я поцеловал Логана и Кору в последний раз.

Затем мы переступили порог номера.

Мы закончили медитировать. Ещё никогда в жизни я не чувствовал себя настолько несокрушимым и умиротворенным. Что-то в воздухе веяло надеждой.

Мы с Джо направились в раздевалку, чтобы подготовиться. Немного пройдясь по комнате, я подошел к столу. Джо принялся бинтовать мои руки — медленно и методично. Каждый новый слой был идеально ровным. Важна каждая деталь. Даже эта. Миллиметры и наносекунды могут стоить мне победы. Особенно учитывая, с какой скоростью мы с Сидом можем двигаться.

Ни я, ни Джо не проронили ни слова. Мы знали, что к чему — знали, что должно произойти. Похоже на то, как мы в казарме готовились к операции. На кону стояли жизни. И не только наши.

Облачившись в шорты, я накинул свою накидку на плечи. Бросаю взгляд на часы. Мы некоторое время медитировали в заброшенном крыле рядом с крышей. Вегас — самый шумный и яркий город на планете, но в те минуты исчез даже он.

Я визуализировал в своей голове каждый возможный сценарий событий. Каждое движение. Что произойдет, если я выиграю. И если проиграю. Я ощущал удары Сида. Мой разум всколыхнул в памяти старые воспоминания и чувства. На этот раз холодный воздух не ослабит боль моих ран. Всё будет ощутимее. Сид стал сильнее и больше. И гораздо мощнее. Одно неверное движение — и он просто раздавит мой череп. Пожалуй, не развлекайся со мной он в нашу первую встречу — именно этим всё бы и закончилось.

Джо посмотрел на меня.

— Готов к грёбаному шоу?

Киваю.

В раздевалку вошел кто-то из WMMA. Гримёр. Джо уставился на него так, словно тот и мужчиной-то не был.

— Парни, вы готовы?

Стоило ему заговорить, как мне показалось, что я уже слышал этот голос. По телевизору или на радио. Пришедший казался взволнованным.

Конечно. Это ведь не его жизнь и не жизни его семьи стоят на кону. Я проклинал человечество. Всё это гладиаторское дерьмо. Зрители считают, что по телевидению покажут чью-то смерть. Вот почему они следят за поединками. Вот почему этот бой — один из самых значимых в истории. Почему его так обсуждают в социальных сетях. Да о нём даже в новостях говорят. Пожалуй, если бы не это — меня бы здесь и не было.

Я кивнул парню.

— Сделаем это.

Мы стояли перед закрытой дверью. По ту сторону была расположена двигающаяся на шарнирах камера. Гримёр всё нам объяснил.

— Смотрите прямо перед собой, и просто идите. Представьте, что идёте на арену. Мы снимем около пятидесяти футов — и на этом всё. А затем можете вернуться в свою раздевалку. И убедитесь, что выглядите устрашающе.

— Ладно.

Я закатил глаза.

Дверь резко открылась, и мы с Джо пошли вперед.

Джо позади меня размял свои руки. Он, очевидно, был более артистичен, чем я.

— Вегас, детка. Вегас!

Мне понадобилась вся моя выдержка, чтобы не улыбнуться. А всё Джо со своими чёртовыми фильмами.

— И, снято! — Мужчина посмотрел на нас. — Это было идеально. Вас позовут, когда мы будем готовы сопроводить вас к арене.

И он исчез.

Повернувшись к Джо, я усмехнулся, покачав головой.

— Смотрел «Тусовщиков» перед отъездом.

— Ни за что бы не догадался.

Мужчина озадачено на меня посмотрел.

— Почему нет?

Я покачал головой.