— Он теперь только ромашковый чай пьёт, — на радостях, что на него обратили внимание, подставил меня брат. Вот, засранец мелкий! — Невеста приучила.

— Серьёзно? — уже давясь от смеха, уточнил Дэн. — Ромашку?!

— Ага, — кивнул Серега. — Он сам признался.

Вынудили! Меня вынудили это подтвердить!

Теперь они уже заржали всем хором в полный голос.

— Кончайте ржать, — открыв оба глаза, рыкнул я на них.

— О-о! Спящая красавица проснулась! — обрадовался Быстрицкий. — Мы уж думали, что кому-то из нас придётся тебя целовать.

— Я родственник! — всё ещё смеясь, поднял руки вверх Серега.

— Не кровный, — отмахнулся Дэн и обратился ко мне. — Ну, ты и хорёк! Я-то думал, что ты по локоть себе ногти сгрыз от переживаний, или масочку для здорового цвета лица делаешь, а ты спишь! — продолжил веселиться друг.

— А за что собственно переживать? — потянувшись, спросил я. — Всё организованно, куплено, спланировано. От меня вообще, можно сказать, только требуется «согласен» сказать.

— Горжусь тобой, бро! — уважительно закивал Быстрицкий, и достал из-за кресла бутылку шампанского, которую тут же начал открывать.

— Дэн, такими темпами, мы прибудем к невесте в непрезентабельном виде, — заметил Тёмыч.

Я усмехнулся. Вот тебе то, Тереха, какая разница, в каком виде представать перед МОЕЙ невестой.

— Что тут пить? — хмыкнул Дэн. — К тому же, такой повод бывает раз в жизни. Наш друг и товарищ, — начал он медленно вытаскивать пробку из бутылки, — сегодня распрощается со своей девственностью.

От последнего заявления, Серый, который до этого жевал яблоко, подавился.

— Спокойнее молодой человек, спокойнее, — улыбаясь во весь рот, продолжил Дэн. — Я имею в виду, что Макс сегодня распрощается с холостяцкой девственностью, — подняв указательный палец наверх, уточнил друг.

— Так может он разведётся? — возразил Тёмыч. — А потом, ещё сто раз женится?

Напросишься, ох, напросишься Тереха…

— Возможно, — не стал спорить Быстрицкий, — но после развода, он будет уже б/у холостяком. Улавливаешь? — прищурился Дэн. — Настоящим, непорочным холостяком, он будет только до первого брака. То есть, до сегодняшнего дня, — стал развивать свою философию друг.

Блин, ну что у меня за друзья?!

— А-а, — понимающе закивал мой братец, с таким умным видом, словно ему Быстрицкий, только что тайну мироздания открыл.

Тёмыч усмехнулся.

— Получается, что мы все ещё девственники? — уточнил Серый.

— Получается, что так, — хохотнул Дэн и открыл бутылку. — Хотя, — ухмыльнулся Дэн и пригубил шампанское прямо из горла. — Ты может ещё даже девственник в квадрате.

— Что ты?! — изобразив испуг, вклинился я. — У него же рок-группа! Он девчонок, стадионами укладывает, — не всё же надо мной глумиться!

Друзья заржали. Брат прищурился.

— Я вчера, про тебя и твою невесту, стих накидал… — недобро улыбнулся Серый.

О-у-у! Мне угрожают!

— Вот и хорошо, — закусив губу, ответил я. — Может наконец-то, хит написал.

— Может быть, может быть… — хитро улыбнувшись, закивал братец. Вот ведь! С каждым разом всё труднее и труднее его в угол загонять. Растёт мелочь, растёт…

— Ладно, — решил я прервать веселье и настроиться на дела насущные. — А вы что в такую рань приехали? И где Мелкий?

— Мелкий с Мелкой, — лаконично ответил Тёмыч. — Позже подъедут. И сейчас уже половина двенадцатого.

— Да? — удивился я. Да и ладно. Всё равно, времени ещё фигова туча. — Я в душ, а вы не стесняйтесь, продолжайте своё безудержное веселье, — слезая с кровати, обратился я к парням.

— Так праздник же! — не унимался Быстрицкий. — Вот сейчас наведёшь красоту, то сё, пятое десятое, маникюр-педикюр, и поедем невесту твою выкупать!

Последние его слова заставили меня остановиться прямо перед дверью.

— Выкупать? — развернувшись, переспросил я.

Дэн кивнул и сделал ещё глоток шампанского.

— Не было в плане никакого выкупа, — заверил я друзей.

— Макс, какой план? — как у душевнобольного спросил меня Быстрицкий. — Ты что, не понимаешь, что её подруги, наверное, уже приготовили нам смертельную полосу препятствий.

— Ничего подобного мне Юлька не говорила, — растерялся я. Вот не надо мне никакой самодеятельности! Какой выкуп?! — Не Дэн, — покачал я головой. — Выкуп — это пережитки прошлого. Да и подруги у неё вроде адекватные…

— Макс, — тяжело вздохнув и состроив грустную рожицу, продолжил Быстрицкий. — Иди в душ — разбуди мозги. А потом, когда наведёшь марафет, возьми денег побольше и шампанского.