Дэн на секунду замер, а потом спокойно развернул свой негибкий корпус к изуродованному киборгу-андроиду. Изуродованному, кстати, причинами не только сугубо физическими. Керчак, уже довольно осмысленно, уперся в него взглядом своих разноцветных глаз. Кала, так и не опустив конечностей, замерла возле кресла, словно рыцарь, ожидающий от друида вручения освященного меча.

— Так каким же образом мы снимем защиту? — повторил Керчак, выскальзывая из металлических объятий робота и ковыляющей походкой приближаясь к Маккольну.

Тот прищурился:

— А вот именно ты сейчас мне и объяснишь, как это делается.

— Да ради Бога! — голос Керчака стал на удивление ласковым. Даже шелковистым. — Пятая группа сенсоров, — обе его левые руки выпрямили два корявых указательных пальца по направлению к левому краю изогнутого пульта. — Нижний — программа. Средние — плотность защиты. Верхний — снятие задачи.

— Прошу, — отодвинулся Маккольн, пропуская Керчака вперед себя.

— Да пожалуйста!

Правая нижняя конечность киборга коснулась верхнего сенсора. И… И ничего не произошло. Едва различимая мутно-золотистая дымка за огромным иллюминатором центра связи, распахнутого во вспученную лунную безбрежность, продолжала монотонно струиться к унылому горизонту. Только какие-то слабые вспышки пробежали по верхушкам глыб, нагроможденных залпом бортовых плазеров за полкилометра до входа в комплекс. Пробежали и погасли.

— Что, заклинило? — еще больше прищурил глаза Маккольн, все больше и больше напоминая этим самому себе покойного — Луна ему пухом! — Чжана.

Керчак равнодушно пожал несимметричными плечами:

— Сам попробуй.

— Слушай, ты, — зашипел Дэн и сразу же выровнял свой голос, — не надо вот. Вот не надо. Не надо мне лапшу вешать. Ты что, до сих пор не понял, кто здесь хозяин?.. А ну, давай сюда своих уродов! Такотаны? Маны? Как их там?

— И хорты, — вставил Керчак.

— Давай, давай, — не обратил на него внимания Маккольн. — Всех давай. Я вам сразу всем объясню, кто есть кто в этой дыре.

— Да по мне то, — снова пожал плечами киборг. И снова равнодушно. — Объясняй. Только сначала лайстонам объясни, чтобы они контроль над комплексом сняли.

Ларсен на экране задумчиво почесывал свою короткую бородку.

— Ах, лайстонам! — начал для пущей убедительности добавлять гневные нотки в свой голос Маккольн. И вдруг запнулся. — Лайстоны?! — переспросил. — А эти здесь…

И вдруг схватился за голову, в которую обрушилось сразу все пространство этой огромной вселенной. Оно завертелось необъятным мутным пузырем, сокращаясь до размеров Солнечной системы, потом — до размеров Луны и, в конце концов, вяло закачалось, вместив в себя небольшой участок поверхности кратера Архимеда.

В этом участке мерцающее пятно комплекса было накрепко оплетено миллионами мерцающих нитей, тянущимися от двух тусклых сфер, расположенных километрах в двадцати от него. А эти сферы, в свою очередь, были связаны еще с тремя, затерянными где-то в нагромождении утесов Лунных Апеннин. Впрочем, слово «где-то» здесь не проходило. Маккольн узнал это место. Вернее, прочувствовал его координаты. Координаты приземления «Республики» после первого огневого контакта с лайстонами.

Мыльный пузырь пространства лопнул, опадая измятой оболочкой коры головного мозга. Ларсен настороженно замер, стреляя глазами по всему помещению… Керчак что-то бубнил, вяло жестикулируя верхними конечностями… Кала тихонько гудела, словно внутри ее корпуса томился целый рой встревоженных механических пчел…

Наконец, Маккольн отпустил голову и, пытаясь взять себя в руки, прислушался к полуразборчивому бормотанию Керчака.

— …после вашей стрельбы дурацкой, — говорил он. — Такое ощущение было, что комплекс контужен и ничего не соображает. Я всех задействовал. Хортов даже. Такого раньше не бывало. Лайстоны, вообще-то, образования странные. Мы их уже пару десятков лет изучаем, но пока… Пока только гипотезы да фантазии всякие. Использовать, правда, мы их научились. Для энергетической подпитки. Не больше. Да еще для создания защитных полей. Но вчера…

Керчака снова передернуло, и из металлических захватов Калы рассыпалась пригоршня искр.

— Вчера складывалось впечатление, что комплекс защищается даже от нас. Про людей я уже не говорю. Пока мы с ним контакт установили!.. Словно он вообще стал каким-то отдельным субъектом. Подозрительным, нужно сказать, субъектом. Разобрались, однако… Только вот с линиями защиты… Не слушаются они нас, — внезапно на какой-то плаксивой нотке закончил киборг.

— И не послушаются, — буркнул Маккольн. — Комплекс ваш расчудесный в энергетическом отношении стал частью лайстонов. А, может, и не только в энергетическом.

— Не понял, — дернулся Керчак.

— Да что тут понимать, — махнул рукой Дэн. — Симбиоз на этапе перехода в гибридную стадию. Дурость, переходящая в стадию полного кретинизма. У вас других источников питания нет, что ли?

— Почему же нет? — взгляд киборга был одновременно и грустным, и настороженным. — Очень даже есть. Только вот экономичней…

— К черту твою экономичность! — рявкнул было Маккольн, но сразу же сбавил тон. Что-то сегодня он чересчур разнервничался. — Самое экономичное место на свете — это кладбище. Или, с учетом природы кое-кого, склад запасных частей. Это тебя устраивает?