Так кратко и очень по-простому и решилась судьба тогдашней планеты Земля, которая ни в коей мере не смогла бы дать свое истинное потомство за столь короткий жизненный срок.

Молодость планет исключает потомство. А их старость – препятствует этому процессу. Середина же – испытуема, ибо требует дополнительной разгрузки или, скажем прямо, помощи.

Но, как бы там не говорилось, дело было начато. И расконсервация началась.

Корабль совершил небольшую трансмиссионную посадку и выгрузил на планету достаточное количество агрегатов и средств, способствующих ускорению процесса водного распространения. Сильная закупоренностъ внутренних слоев требовала частичной проводимости, а потому, в действие были запущены акторегаляторы самой последней доусовершенствованной модели.

– Все по местам, – раздался голос по радиосвязи, – отходим, – и экипаж быстро убрался с места посадки, оставляя после себя всю массу необходимой аппаратуры.

Далее путь следовал к полюсу, обреченному, как и у всяких других планет к вечно тающей мерзлоте. Часть скопляемых льдов все время набирала массу и тут же кристаллизировалась, прибавляя в весе.

Другая же, та, которая ближе к среднему поясу планеты, постоянно подвергалась осушке, и в местах таких соединений постоянно шел пар, который, собственно говоря, и образовывал то густое серомолочное облако вокруг самой планеты, не дающее допроникать внутрь ее самой огненно-красным изотермическим лучам основного светила.

Льды и суша как-то уживались, делая картину планеты совершенно безрассудной или бессмысленной по своему рядовому содержанию. Но, что поделать, если космос творит такие чудеса, исследуемые уже потом на совершенно других планетах, хотя и очень-очень подобных.

Монолитность огромных застывших ледовых масс просто пугала. Вначале даже казалось, что эту громадину просто невозможно расшевелить.

Но это только казалось, ибо для настоящего первопроходца – то была просто обыденная работа, подтверждающая его достойное звание.

Корабль не садился, а, наоборот, опустив на поверхность достаточное количество взрывчатого вещества, взмыл вверх и остановился где-то километрах в двадцати пяти с обратной стороны.

– Выпускаем первую ракету, – кратко скомандовал Основной, – цель перед нами на параметрической доске. Огонь.

Корабль немного содрогнулся от резкого отрыва одного из подвесных сооружений, но спустя секунду принял устойчивое положение.

– Цель поражена, – кратко доложил бортинженер, наблюдая по своему монитору траекторию полета.

– Хорошо, – ответил командир, – взлет на обеспеченную полосу отвода.

– Есть взлет, – кратко ответил пилот, и корабль вновь взмыл вверх, оставляя под собой какой-то ледовый участок Земли.

А внизу, там, куда угодила ракета, шла настоящая война. Лед крушился, ломался и, взмывая в воздух, распадался на кусочки, превращаясь потом на своем ходу в обычную пыль и затем в водяную массу.

Мгла устлала часть ледового покрова. Пришлось ожидать, пока уляжется первое парное облако.

На это ушло два с лишним часа. Наконец, картина прояснилась, и за бортом стало видно, как побежал первый ручей по огромному материковому льду.

И это было только начало.

– Ура, – хотелось вскричать Основному, да и остальным также, но все сохранили достойное молчание и сопережили момент первой своей победы внутри.

– Хорошо, – наконец, выразил Основной свою благодарность экипажу, – заходим с обратной стороны. Будем окольцовывать эту ледовую массу. Палеонтолог, обязательно включи в свою карту параметрические, символьные знаки. Отчерти линию разлома. В конечном счете, это пригодится потом.

– Есть, командир, – четко ответил тот и приступил к работе.

С обратной стороны било проделано то же, и вскоре последовал очередной взрыв. Наблюдая за картиной происходящего, Август сказал:

– Если бы я знал, как рождается новая жизнь, то, наверное, никогда бы этого не делал.

– Почему? – изумился Вейс, на секунду отрываясь от своего монитора.

– Эх, тебе не понять, – взмахнул тот рукой, но все же продолжил, – куда ни посмотри – везде одно и то же. Лед и густая масса иголок. Откуда здесь взяться чему-то подобному нам или еще чему-то. Становится действительно страшно от этого. Как в такой ситуации может возникнуть жизнь?

– Ладно, не забивай голову пустяками, – отмахнулся Beйс и снова занялся своими делами.

– Это не пустяки, – скромно заметил командир, вовлекшись в их разговор, – это действительно страшно. Из моллюск – животворящее существо. А из него – что-то подобное нам самим. Это ведь не сказка, а научная связь веков.

– Да, – согласился Арт, ведущий корабль пилот, – мне приходилось многое видеть, но чтобы пытаться самому зародить что-то – этого, увы, не было.

– Ладно, поговорим потом, – кратко заметил Основной, – давайте менять место упругого взрыва.