— Скорее всего, это военная трасса, — произнес Дик. Команда укрылась за деревьями у дороги.

— Будем ждать или двинемся? — спросил Гил.

— Дорога идет на юго-запад, — сверившись с компасом, произнесла Диана.

— Она может петлять как угодно, — произнес Стефан. С запада послышался звук приближающегося транспорта.

— Мияко! — быстро произнесла Диана. Девушка медленно направилась к дороге.

— Леди Диана! — возразил Гил.

— Мистер Марлоу, — не поворачиваясь к Гилу, произнесла Диана, — Мияко нескот, ни один японец не посмеет навредить ей.

По дороге двигался небольшой бронеавтомобиль, больше напоминавший паровоз. Спереди он ничем не отличался от обычного автомобиля. Капот с радиатором, скорее всего, служил средством для охлаждения пара, чтобы избежать потери воды. Передние колеса были обычные с резиновыми надувными шинами. А вот две пары задних были цельнометаллические с резиновыми насадками на месте шин. Две пары задних колес были соединены с валом, который в свою очередь был соединен с поршнем, располагавшимся в задней части машины. Там же, над поршнями, находился и котел. Котельное отделение занимало всю заднюю часть машины. Между котельным отделением и кабиной находилось небольшое боевой отделение. На его крыше располагался пулемет во вращающейся башне, а в ромбовидной части отделения были небольшие бойницы для ведения боя из ручного оружия. Кабина так же была закрыта со всех сторон. Впереди, на месте ветрового стекла, были опускаемые бронелисты, которые сейчас были подняты. Над кабиной виднелся перископ, через который водитель смотрел на дорогу, когда бронелисты опущены.

Мияко стала посреди дороги, перегородив путь. Автомобиль резко затормозил. Из кабины вышли два солдата и что-то спросили у Мияко.

— Странно, из боевой части никто не вышел, — произнес Стефан, держа солдат на мушке.

— Может там никого нет? — спросил Дик.

— Кто знает… — задумчиво произнес Стефан. — Стреляем?

— Да, огонь, — скомандовала Диана. Стефан и Дик выстрелили, два тела упало на дорогу. Мияко быстро укрылась под капотом. Все стали ждать. Из боевого отделения никто не появился. Даже бойницы не открылись, не говоря уже о том, что башня с пулеметом оставалась неподвижной.

— Выдвигаемся, — держа бронемашину на прицеле, произнесла Диана. Гил бросился вперед, к Мияко.

— Ну, куда! — воскликнул Дик, бросившись за ним. Но из машины никто не появился.

Боевое отделение оказалось пустым. В машине были только водитель и еще один солдат. Гил пролез через боевое отделение в котельную. Там было очень узко из-за того, что по бортам располагались ящики с углем. Даже худощавому Гилу приходилось боком проходить к котлу. Диана, Мияко и Дик заняли оборону в боевом отделении, а Стефан сел за руль. Все три отделения: кабина, боевое и котельная, были совмещены, и можно было легко перемещаться между ними.

Стефан снял машину с тормоза и, быстро развернувшись на дороге, поехал обратно, в западном направлении. Через несколько минут езды ему пришлось опустить бронелисты.

— Встречная машина! — пояснил он.

Гил сидел в боевом отделении, иногда подбрасывая уголь в топку. Мияко легла на пол, положив голову на колени сидящей Диане, и уснула. Дик сидел в башне, которая вращалась от ручного привода.

Машину трясло на дороге. Гил старался не уснуть, чтобы не потерять жар в топке. Бессонная ночь полная событий давала о себе знать. Диана тихо дремала, опершись о борт машины.

К закату, они добрались до порта Мурундава.

Фурукава был в ярости. Его план полетел в бездну. Еще днем он получил телеграмму по имперскому каналу. Личное послание от императрицы. И послание было гневным.

«Госпожа Мияко…», — растеряно подумал он, прочитав телеграмму.

— …Гарнизон Одинокой вишни был поднят по тревоге, как только сменный караул обнаружил тела убитых, — зачитывал доклад невысокий майор с пенсне на носу. — В воздушном порту завязался бой, но организовать преследование не удалось: все боевые дирижабли, находившиеся в замке, были уничтожены. Радовало только то, что зенитные батареи воздушной обороны Одинокой вишни смогли нанести серьезный урон противнику и угнанный дирижабль начал снижение. Где он упал, из города видно не было, но в том направлении сразу же отправились солдаты.

— Сколько? — спросил Фурукава.

— Три отряда по двадцать человек, господин генерал, — ответил майор, и после того как Фурукава кивнул, продолжил. — Пролетев восемнадцать миль, дирижабль рухнул возле одной из деревень. Местные жители, желая помочь экипажу, близко подошли к месту крушения, чем беглецы и воспользовались, украв у них телегу с лошадью. Через двадцать минут после этого, к месту падения прибыли наши отряды.

— Преследовали? — устало спросил генерал.

— Никак нет, господин генерал, — ответил майор. Этот ответ взбесил Фурукаву.

— Как «нет»?! — в ярости закричал генерал. — Мы потерли с полсотни солдат, три дирижабля, а вы их не преследуете?! Под трибунал!

— Господин генерал! — взволновано произнес майор кланяясь. — Преследовать не было возможности, так как показания свидетелей путались. Одни говорили, что они отправились на север, другие, что на юг, а третьи вообще про запад твердили. Мы решили не разделять наши силы и заняли позиции возле места крушения. В то время из Одинокой вишни телеграфировали в другие гарнизоны о беглецах. Они европейцы, к тому же раненые, далеко не уйдут.