— Не с любо-ой, — завыла я в голос, и Андре снова прижал меня к себе.

— Попробую угадать, основываясь на твоих сумасшедших сборах и заявлении, что тебе надо вернуться в Ньюэйгрин, тебе приснилось, что что-то произошло со мной?

Я закивала, не поднимая головы и всхлипывая.

— Какая же ты глупышка, Эя, — ласково проговорил он, целуя меня в щеки. — Будь ты уже моей женой, я бы успокоил тебя по-другому…

Я ощутила жар, и попыталась отодвинуться, но мне не дали.

— Это всего лишь сон… Просто сон, моя маленькая Эя.

Я уперлась ладонями в горячую твердую грудь, стараясь не думать о том, что прикасаюсь практически к обнаженному мужчине, и протестующе замотала головой.

— Это не простоя сон, Андре. Я была там! На самом деле. И ты тоже был! Тебя убили из-за меня! Если не я сама сделала это! Не зря Микаэла назвала меня чудовищем, а Рьвьер говорил что-то обо мне и звере! Мне страшно, Андре. Все что-то не договаривают, все что-то скрывают от меня, иногда мне кажется, что даже ты… Ты словно защищаешь меня от меня же самой! Я боюсь, это я убила тебя — там, во сне…

— Эя, Эя! Эя, ну, перестань! Посмотри на меня! В каждом из нас живет зверь, учит святое писание, как темная сторона души. И подобные сны для девушки, которая путешествует на границе с землями оборотней, да ещё и не вполне здорова, наслушавшись сказок Пепы, после той злополучной охоты, Эя, нормально! Дура Микаэла приревновала тебя к своему жениху, я слышал их разговор с Эберлеем. Как и ты…

Я потупилась.

— Что стоило мне не убить мерзавца прямо на месте, знает только Богиня. Но приложил дверью я его знатно!

Ах, вот оно что… Это было нарочно! Ну, конечно!

— Все эти события в твоей жизни, этот круговорот, он скоро закончится, будущая леди де Шеврез! Ничего не случится, ни с тобой, ни со мной, поверь мне! Мы хорошо защищены, Скал И Джен бывшие наемники, нас сопровождает почти целый отряд! Только не плачь больше и не бойся, пожалуйста, помни, пока я рядом, я смогу защитить тебя и себя!

Поднимаясь над верхушками деревьев, солнце зевнуло и прикрыло рот ладонью грозовой тучи. Проследив мой взгляд, Андре сказал:

— Нас не заденет, пройдет над долиной.

Я улыбнулась ему.

— Неохота прятаться от дождя в карете, — сказала я. — Итак не была в седле вечность. Здесь всегда такая отвратительная погода, или только весной?

— Бывает, — ответил Андре. — Завтра, в это же время, будем ехать по Делла Ров, — добавил он. — И там — обещаю и погоду, и настроение.

Я коснулась пятками боков замешкавшейся Леди и лошадь пошла быстрее, приятно покачивая меня. Мы с Андре выехали вперед, и теперь перешли на шаг, поджидая остальных.

Чем ближе мы к морю, тем больше меняется лес. На соснах здесь иголки с мою ладонь, пушистые лапы. Под деревьями веерами растопырились папоротники, а птицы поют так звонко, словно нарочно сопровождают нашу процессию. Несколько раз попадались мандариновые деревья с зелеными плодами и кусты кумквата, щедро усыпанные оранжевыми шариками. У одного всем пришлось остановиться и ждать, пока «миледи» нарвет полный кулек. Теперь свежим горьковатым ароматом благоухает вся карета.

Андре улыбается моему восторгу и уверяет, что дальше они мне ещё надоедят, я не верю.

— Кстати, чтобы совсем избавить мою малышку от беспокойства, я отправил голубя на границу, и навстречу нам выехал еще один отряд моих людей.

Мне стало стыдно за утреннюю истерику, и я пробормотала:

— Прости. Каждый день я понимаю, что это всего лишь сны, и стыдно их бояться, особенно, когда ты рядом. Но приходит ночь, и…

— Тебе не за что извиняться, моя маленькая Эя. Ты вымотана дорогой, да и зима взаперти не пошла тебе на пользу. Ничего, скоро щедрое солнце Делла Ров и морской воздух сделают свое дело. Через месяц сама не узнаешь себя.

— Когда ты так говоришь, я почему-то представляю себя, загорелую, как служанку, с заткнутыми за пояс краями юбки, волосы убраны в узел, и на лоб свисает прядь, и вокруг столько винограда, что рябит в глазах.

Андре расхохотался.

— Затыкай края юбки за пояс и будь какой хочешь, лишь бы ты была счастлива.

— А это правда, что южанки давят виноград прямо босыми ногами, делая вино?

Андре не успел ответить.

Где-то впереди ухнула птица, и Леди нервно запрядала ушами.