— Нельзя использовать артефакты и магию, — напоминает Клира.

— Применительно к испытанию, — возражаю я. — К готовке мой дар не имеет никакого отношения, так что…

— Ох!.. — изумленно вздрагивают все на кухне.

Рисида начинает светиться, точно на ней вспыхнуло невидимое покрывало. Секунда — и перед нами стоит всего лишь служанка.

— Немедленно отыщите сати Рисиду и доставьте ко мне в кабинет! — объявляет Клира. Хватает проштрафившуюся служанку за руку и волочет из кухни: — А вы пойдете со мной. Не ожидала такого обмана от семьи Итрино.

— Моя хозяйка совсем не умеет готовить… — пытается оправдаться служанка.

Клира остается безучастна к проблемам Рисиды. Ее отчисляют немедленно, в этот же день.

Я же подаю к столу жрецов фирменный пирог Лии. Пышный, высокий, с рыбной начинкой, сдобренной ароматными травами. Угощение, достойное богов. Куртизанка Бэла только из дружбы поделилась семейным рецептом. К тому же, в ее интересах, чтобы я выиграла отбор.

— Ничего восхитительнее в жизни не ел! — так оценивает Инке мою готовку.

Приказывает отнести пирог в свою спальню, не подумав поделиться.

— Как же мы сможем оценить кулинарные способности сати Тамани, если не попробуем? — возмущается Хэл.

Верховный жрец нехотя делится пирогом. Отрезает сыновьям по тоню-ю-юсенькому кусочку. На один зубок.

— Пусть это станет для вас лишним поводом подумать над кандидатурой будущей супруги, — замечает верховный хитрец.

— Это еще не все! — объявляю я и почтительно кланяюсь.

Приказываю Мине поднести Инке шампанское. Мы с Лией довели рецепт до ума: сколько пробовано, сколько перепробовано… Правда, пришлось воспользоваться магией, чтобы ускорить процесс брожения. Но вкус от этого только стал лучше.

— Вы достойны великой милости!.. — замечает Инке, отхлебнув из бокала. — Просите чего угодно, сати Тамани!

— Можно самой выбрать мужа? — решаюсь я.

Поперхнувшись, Инке начинает кашлять. Бэл делает на меня круглые глаза, явно намекая, как сильно я переборщила. Наверное, при дворе верховного жреца принять просить что-то незначительное. А я-то подумала, что действительно могу выбирать. Наивная…

— Простите меня, верховный жрец, — бледнею и кланяюсь. Наслышана о вспыльчивом нраве Инке. Слуги не раз замечали, как он перевоплощается из добродушного старичка в рассерженного повелителя. — Это была шутка. Точнее, жалкая попытка показаться смешной…

Инке вскидывает голову, утирается поданным слугами полотенцем. Кивает, давая понять, что извинения приняты.

— Могу я попросить вас о небольшой услуге — дать для меня другую спальню. Чтобы окна выходили не на восток, а на запад. Не люблю жару…

Признаться, решение выбрать именно этот приз приходит спонтанно. И дело не только в жаре. Чем дальше меня поселят от соперниц, тем лучше. В книгах и манускриптах я прочла о многих случаях, когда разозленные невесты пытались избавиться от фавориток отбора. Там, где дело касается больших возможностей, в ход идут любые ухищрения.

— Распорядитель Клира, выполните желание сати Тамани, — одобряет мой выбор Инке. И тут же обращается с просьбой: — Не могли бы вы рассказать нашему виноделу рецепт приготовления этого шипучего напитка?

— Боюсь, что нет, — я снова лезу на рожон. Не могу поступить иначе. — Этот секрет я передам только моему мужу. А пока могу пообещать поставлять шампанское к вашему столу. В любых объемах. С собой у меня целый ящик.

Инке правильно понимает намек. Приглаживает длинную бороду и довольно замечает:

— Пусть ваш напиток подадут вечером на балу. За это вы, сати Тамани, будете первой, кого пригласят на танец мои сыновья. Надеюсь, вы сумеете воспользоваться преимуществом?

Разумеется! Уж я постараюсь. Инке дает мне большую фору, грех ею не воспользоваться. Пока главные жрецы не устали, они будут стараться танцевать. К тому же непременно запомнят первую партнершу. Так уж устроен человеческий разум. Надеюсь, разум жителей Аланты не сильно отличается от нашего.

— Благодарю, верховный жрец Инке, — произношу, буквально спиной чувствуя ненавидящие взгляды соперниц. Хорошо, что у меня появлялся шанс держаться от них подальше. — Для меня это большая честь!

Хочу покинуть кухню по-тихому. Но перед уходом Хэл ловит меня за руку и сердито шепчет на ухо:

— Я, помнится, тоже тебе кое-что задолжал. Готова огласить желание?

— Не было времени подумать, — вру я, всеми силами стараясь скрыть расползающуюся по лицу улыбку.

— Как насчет драгоценностей? — предлагает он. — Букет цветов, новое платье? Предложил бы книгу или новую упряжь для боевого кота. Но сати не ценят подобных вещей.

— Нет, все не то, — притворно вздыхаю и вырываю руку из мягкого, но крепкого плена. — Скажу вечером, на балу. До встречи, рейн Хэл!..