— Ладно, — улыбнулась я, — и мы ещё не закончили.

— Ты права, — кивнул Том, вернув тетрадь на колени, — кстати, если Лизи — папина дочка, то ты скорей занимаешь позицию близких отношений с братом.

— Ты прав, Адам для меня много значит. У тебя нет родных братьев или сестёр?

— Нет, только двоюродный.

— Ты с ним редко общаешься?

— Редко, но метко. Джаред способен выклевать мои мозги за несколько секунд. Он в принципе может это сделать любому человеку без затруднения.

— Это тот, что приезжал в школу?

— Он самый.

— А он ничего, — засмеялась я, на что Том выгнул бровь, — что? Конечно после тебя.

— Алекс, не шути так больше, — покачал головой Том.

— Он, правда, симпатичный, но скорей во вкусе Лизи.

— Если ей нравятся идиоты на один раз, то да, они определённо найдут общий язык.

— Ей не нравятся такие, скорей, я имею в виду внешность. Лизи предпочитает брюнетов с карими глазами, чтобы был весёлый придурок, но и интеллектом не был обделён. А я предпочитаю…

Оборвав фразу, я забегала глазами по комнате, в то время как Том вопросительно выгнул бровь.

— Господи, а я предпочитаю тебя, — хмыкнула я, спрятав лицо в ладонях.

Смеясь, Том отложил тетрадь в сторону и притянул меня к себе, оставив поцелуй в уголке губ.

— Я не знаю, чем руководствуюсь, когда говорю это, не всё вырывается раньше, чем я могу подумать.

— Мне нравится, — улыбнулся Том.

— Такое чувство, что у меня недержание и слабоумие, — вздохнула я, шлепнув себя по лбу.

— Ты же говоришь правду, и она, в общем-то, приятная.

— Ещё бы, — съязвила я, заглянув в его глаза.

Притянув меня в поцелуе, Том улыбнулся, обводя подушечкой большого пальца контур моих губ. Вздохнув, я спрятала лицо в его шее и втянула приятный запах человека, по которому сходила с ума с седьмого класса. Это сказка, не более того. Скрипнувшая ступенька помогла нам отстраниться друг от друга, и тихо засмеяться. Я не готова показывать родителям то, что есть между нами. Пусть пока они думают, что мы просто занимаемся. Постучав в дверь, на пороге появилась мама.

— Идёте ужинать?

— Идём, — с улыбкой, кивнула я.

— Лизи уже пришла, — сообщила мама, спускаясь по лестнице.

— Она будет с нами?

— Да, — подала голос лучшая подруга, — они снова бросили меня. Я снова сирота.

Застав папу, который хмуро смотрел в телевизор, потому что там уже мелькало лицо Гордона, Лизи довольно улыбалась. Она снова отняла у него пульт. Смеясь, я чмокнула папу в щёку и села за стол.

— Ты проигрываешь в борьбе за телевизор, — хихикала я.

— Я даже не начинал воевать, — улыбнулся он, после чего посмотрел на Тома, который занял место рядом со мной, — и мне кажется, что у меня какая-то болезнь.

— Что? — поморщилась Лизи, тут же оторвав внимание от телевизора.

— Мне мерещится человек.

— Очень смешно, пап, — вздохнула я, закатив глаза, из-за чего папа и Том рассмеялись, а мама и Лизи поддержали их веселье, — в этой семье меня не предал только Адам.

Смакуя ужин, приготовленный мамой, Лизи покачивала головой в ритм музыке, которая играла по телевизору, потому что папа всё же вытянул пульт и переключил канал. Улыбки семьи, которые они дарили Тому, помогали моему сердцу превращаться в ванильную панакоту. Я знаю, они бы и так его приняли, просто каждый из них явно не ожидал, что это будет так скоро.

— Ты так и продолжаешь играть в футбол? — начал папа, обращаясь к Тому.

— Нет, — улыбнулся мой парень, Боже, как приятно его так называть, — отдал предпочтение бейсболу.

— Какое счастье! — воскликнул папа, из-за чего мама захохотала.

— Кажется, ты нашёл союзника, — улыбнулась она, взглянув на Тома.

— Вы любите бейсбол? — обратился Том к папе.

— Да, мой сын играет в футбол, и это уже наскучило, а дочь вообще шьёт, уму непостижимый траур, — вздохнул он, — за кого болеешь?

— Янкиз.

— Ох, да ладно! — снова воскликнул папа, — я расстроен, они были победителями лиги и мировой серии только в две тысячи девятом, хотя бы выиграли дивизион в двенадцатом, слава Богу. Что с ними не так? Последний матч вообще какая-то тоска!

Смеясь, Том кивнул.

— Я тоже чуть ли не уснул.

— Ты тренируешься? — улыбнулся папа.

— Да.

— Надеюсь, станешь одним из них, и матчи будут красивее, иначе я совсем разочаруюсь.

— Папа! — захихикала я, — ты же болел за Адама.