Все улыбались, шутили, посмеивались. Воздух напряженно гудел от концентрации аур, легендарных доспехов и магических усилений.

Последним вышел Магвай. Лидер «Элиты» на ходу трансформировался в огромного медведя.

— Ну здравствуй, «угроза» A-класса! — обращаясь ко мне, воскликнул Хинтерлист. — На этот раз тебе не сбежать. На территории лагеря порталы заблокированы. Как тебе моя идея с фальшивым алтарем? Признаюсь, я давно подозревал Ежевику в двойной игре, а тут выдался повод проверить ее лояльность! Ха! А Хорвац с Джошуа не верили, что ты клюнешь…

— Каюсь, — прогудел орк Хорвац. — Переоценил.

— Я тоже, — признал Джошуа, улыбаясь. — Я проиграл пари. Радужный артефакт твой, Отто.

Вперед выступил голиаф Полковник, лидер «Экскоммьюникадо». Приблизившись, он прорычал мне в лицо:

— Больше ядерным взрывом ты никого не убьешь, мы тебе не тупые пуги в Кинеме!

— Полегче, полегче, Сесар, — примирительно сказал Хинтерлист и обратился ко мне: — Прошу простить несдержанность моего друга. Он потерял кое-что ценное в Кинеме… Но теперь все компенсирует с лихвой, так ведь?

— Да он нас опозорил! Такое смывается кровью! — рявкнул Полковник.

— Избранным себя возомнил? — скривившись, спросил Ягами, сплюнул и переглянулся с Глифом.

Остальные поддержали его возмущенными выкриками. Хинтерлист поднял руку, призывая к тишине, и снова заговорил. Тон его стал куда жестче. Маленький гном сощурился и, не разжимая зубов, сказал:

— А сейчас послушай меня. Облегчишь нам задачу — примем твоего следующего персонажа к себе. Годовая зарплата…

Пока превентивы распинались, я перепробовал все, включая выход из игры, но тщетно. А когда меня озарило, мысленно дал себе подзатыльник.

Все оказалось куда проще. Из-за спин таких важных и самодовольных топов появился я-Утес и кинул в меня-Скифа метательный нож. Урон был получен, и Астральная ловушка больше не действовала.

Хинтерлист этого не увидел, потому что спорил с Глифом и Хорвацем. Обернувшись ко мне, он перешел к угрозам:

— А вздумаешь сопротивляться… — гном театрально развел руками. — Ах, я даже не знаю, имеет ли смысл?

Я-Скиф расправил плечи, размял шею и ухмыльнулся:

— Имеет… — и не отказал себе в удовольствии врезать Косой-Молотом по самодовольной физиономии гнома.

Доли секунды запечатлелись в памяти стоп-кадром: отрывающийся от земли Хинтерлист, брызги крови из носа, разинутые рты топов Альянса, мой движущийся по инерции кулак… А потом все резко пришли в движение.

— Доболтался, старик! — прорычал медведь Магвай, откидывая летящее в него тело гнома, и ринулся на меня.

Чудовищная туша, переливающаяся радужной оболочкой щита маны, навалилась сверху, вбивая в песок. Двадцатисантиметровые когти начали рвать мне лицо, только восстановившееся после драки у алтаря.

— Взрыв в Вермиллионе! У храма Нергала! — заорал Ярый. — Это не «угроза»!

Опровергая его слова, я активировал первый свиток. Все вокруг озарило вспышкой.

В угасающем свете взрыва проявлялись фигуры в поблескивающих силовых пузырях. Выжили все. Толпа взревела и навалилась на меня. Даже с предельной Устойчивостью совокупный урон превентивов быстро довел мою жизнь до десяти процентов, после чего активировалась Алмазная кожа справедливости. Отражение работало, но хилы Альянса тоже не спали.

Магвай продолжал прижимать меня к земле, кромсая на части. «Путь невозмутимости!» — мелькнуло в голове. По моим прикидкам, это направление Устойчивости давало Магваю сто двадцать секунд полной неуязвимости в начале боя. Стараясь не обращать на него внимания (после Эрвигота и Монтозавра это было нетрудно), под градом ударов я выждал тридцать секунд, пока у остальных не спали щиты, и использовал второй свиток Чумной ярости.

Первый взрыв поставил на откат защитные амулеты и умения, предотвращавшие смертельный урон. Второй — выжег землю и всех испепелил. Ни черта они не следовали тактике, прописанной Ежевикой: столпились, как бараны, стремясь поглазеть на «угрозу» и поучаствовать в ликвидации.

Магвай, конечно, выжил, все еще держась на неуязвимости Пути невозмутимости, а ведь у него наверняка еще и щит маны миллионов на пять и отхил на девяносто процентов урона (надеюсь, не мгновенный), да еще и жизни девять миллионов. Толстый танк в полном комплекте Одеяния ярости Иркуйема, который даст ему снижение урона, равное количеству потерянного здоровья. Наш бой обещал затянуться.

— Удержи его две минуты, Магвай! Путы на откате! — откуда-то со стороны донесся голос Хинтерлиста.