Ужин прошел в теплой семейной атмосфере, причем Николасу пришлось поесть еще раз, чтобы составить компанию возбужденно тарахтящему зятю. Тот, как выяснилось, задружился с какой-то сильной группой и вместе с ними прошел сложный инстанс. «Подземелье с особыми мобами и наградами», — ответил Марк на недоумение Николаса.

— Сделал девятый уровень! Времени у нас мало, так что посижу еще с вами, дождусь Алекса — и назад, в Дис…

— Марк! — укоризненно глядя на мужа, сказала Элен. — Ник на один день приехал. Успеешь поиграть!

— И правда… Давайте посидим поговорим, как в старые добрые времена! — объявил Марк.

После ужина устроились у имитации камина, открыли вино и, продолжая общаться, принялись ждать Алекса.

— Вернемся к нашим баранам, — сказал Николас. — Если я правильно понял, у Алекса в игре появились некие мощные артефакты, продав которые, он решит ваши проблемы?

— Ага! — с энтузиазмом кивнул Марк. — Он скидывал мне описания. Это что-то невероятное!

— Ник, пойми нас правильно… — заговорила Элен, но Марк ее перебил.

— Я знаю, что ты думаешь. Что мы разводимся, а Алексу самому нужны деньги. То, что он хочет передать нам, помогло бы ему самому — например, хватило бы на весь курс обучения…

— Именно! — взорвался вдруг Николас. — Вы, что, думаете, грабанули пацана, пользуясь его любовью, и дело в шляпе? Можно и дальше ломать ему жизнь? Он же ребенок еще, сам гол как сокол, еще и ваши косяки разгребать! Выселят вас нахрен отсюда, вам-то ладно, разъедетесь по своим любовничкам да любовницам, а парню куда? И не закатывай глаза, Элен! Правда глаза колет? Алекс — парень не без способностей, однако звезд с небес не хватает. Куда его определят? В категорию L? Без образования, без умений, кому он сдался? Поселят у черта на куличках, будет, как сирота казанская, на упсах сидеть да в Дисе этом гребаном промышлять вместо учебы!

Николас еще долго распинался. Чего-то из его ярких идиом Марк с Элен не понимали, но о смысле догадывались по контексту. Перечить, а уж тем более перебивать не посмели. Но когда он договорил, Марк невозмутимо продолжил незаконченную мысль:

— Итак, то, что он хочет передать нам, помогло бы ему самому… Но суть в том, что те артефакты стоят намного — намного! — больше. Может быть даже десятки миллионов. Будь у него единственный артефакт… Но у него их несколько! И каждый принесет не меньше миллиона. Так что, Николас, ты бы лучше сначала дослушал. Сегодня у него аукцион, по условиям которого покупатель должен сразу выплатить всю сумму. Алекс выставил два лота, и по самым скромным прикидкам выручит за них несколько миллионов. Мы уже договорились, что я выведу четыре. Миллион двести на неустойку по нашему провальному проекту, два — на образовательный банковский депозит Алексу и его друзьям, и эти деньги будут неприкосновенны. Алекс получит образование.

— А остальное куда? — хмуро спросил Николас.

— Алексу нужно, — ответила Элен. — На что и куда — говорить отказывается.

— Имеет право, — хмыкнул Николас. — Ладно, я еще поговорю с ним. Его нельзя как-нибудь вытащить оттуда? Написать, может?

— Отсюда никак, — качнул головой Марк. — Разрабы умышленно отрезают игрока от реала, чтобы не отвлекать его от погружения. Если бы он был у меня в списке друзей, я мог бы ему написать, но увы. Для этого нужна личная встреча. Опять же, условность игрового мира.

— Может, экстренный выход? — робко предложила Элен.

— Нет, ты что! — испугался Марк. — Ни в коем случае! Вдруг он с боссом дерется или на аукционе сидит? Это нарушение игрового процесса! Нет!..

Алекс появился сильно после полуночи. По племяннику было видно, что он вымотан, но настроение хорошее. А уж когда увидел дядю, так вообще обрадовался. Объятья, похлопывания по спине… «Окреп племяш-то!» — довольно подумал Николас.

Взрослые открыли очередную бутылку вина, пока Алекс ел и рассказывал:

— Пап, короче, гоблины эти жути нагнали. Не на меня, а вообще, на участников аукциона. Строго у них там все, любое нарушение — ненависть с Лигой и черный список. Участников немного собралось, челов… разумных тридцать, не больше. Причем были не только игроки, как я понял. Но так ничего не разглядеть: все под заклинанием «Туманной завесы», ни облика, ни имен я не видел. В общем, рассадили нас по местам, причем меня запихнули к покупателям. Грокусзюйд, тот гоблин из Лиги, посоветовал иногда делать ставки, чтобы не выделяться.

— Надо же… — качала головой Элен. — Как все серьезно!

— Там, где большие деньги, всегда все серьезно, — ответил Марк так, будто сам только что продавал вещи за миллионы.

— Угу… — кивнул Алекс. — В общем, сначала выставили кольчугу из сета Святогора. Бодались за нее бешено, но после пяти миллионов почти все отвалились, кроме двух. В итоге ушла за семь сто.

Марк присвистнул, Элен чуть не выронила бокал с вином, а племянник спокойно продолжил:

— А вот на «Одеянии ярости Иркуйема» много заработать не удалось. Уверен, что Магвай договорился с другими покупателями. Так как он единственный владелец остальных частей этого друидского сета, торгов почти не случилось. Кто-то, наверное, из неписей, пытался побороться, но на семи миллионах отвалился. Итого…