Я была на полпути из комнаты, когда остановилась и оглянулась на коробку, как бы сильно мне не нравилось всё, что было связано с Мадлен, я испытывала любопытство насчёт содержимого коробки. Не потому что я хотела узнать её получше, а потому что чем лучше я изучу её, тем лучше буду понимать её. В игре «прятки», что мы играли, мне требовалось любое преимущество, чтобы поймать её.

Запихнув коробку под подмышку, я склонилась и подобрала Оскара.

— Я готова.

* * *

Скрестив ноги, я сидела на кровати и усердно всматривалась в фотографию в своих руках; удивительно, что не прожгла дыры в ней. Это был снимок двух улыбающихся молодых девушек со светлыми волосами, сидевших в зеленовато-голубом кабриолете. Судя по их одежде и «знаков мира», что сверкнули от вспышки камеры, фотография была сделана где-то в семидесятых годах. Но вовсе не это захватило всё моё внимание, и даже не тот факт, что Мадлен была одной из этих девушек. Я была больше заинтересована в личности второй девушки на снимке.

Я знала, что эта дьяволица-суккуб беззастенчиво соврала. Адель сказала мне, что встретила Мадлен всего несколько лет назад, но согласно этой фотографии, они были подругами задолго до встречи моего отца с Мадлен. И судя по их лицам, эти две женщины были близки.

— О чём ещё ты соврала, Адель?

Оскар замяукал и запрыгнул на кровать, прямиком направившись ко мне на колени. Освоился он поразительно быстро, ввиду того, что вернулись мы всего три часа назад. Оказалось, дварфы имели слабость к животным, и Хеб мгновенно отправился покупать аксессуары и корм, и тут же избаловал моего кота. После всего, через что прошёл бедный маленький парниша за последнее время, он заслужил немного неги.

Я почесывала его голову, пока изучала три другие фотографии Мадлен с Адель. Я не могла сказать, где они были сделаны, было только понятно, что это лето, и на заднем фоне одного из снимков был океан. Меня поразило, насколько счастливыми, беззаботными и нормальными выглядели эти две женщины. Они могли быть двумя смертными подружками, наслаждавшимися летним днём. Я не могла не задаться вопросом, почему Мадлен отвернулась от своей семьи и своих людей, а потом из всех выбрала себе в подруги суккуба.

Я почувствовала присутствие Николаса за несколько секунд до того, как в дверь постучали. Меня удивило, что он был здесь. В течение последней недели он всё больше и больше времени проводил по соседству, и обычно я видела его на тренировке и когда ходила в командный центр. Бывая здесь, он редко заходил ко мне в спальню. После того утра, как он вернулся из Ванкувера, он не нанёс мне ни одного ночного визита. Джордан сказала, что, вероятней всего, он старался не осаждать меня всем остальным, что происходило вокруг нас. Мне хотелось поверить ей, но чем больше проходило времени, тем сильнее я ставила под вопрос его чувства ко мне.

Он вошёл в комнату и улыбнулся мне, увидев меня, сидящей на кровати в окружении книг и бумаг.

— Не хочешь пойти со мной в соседний дом, а не проводить вечер в одиночестве? Рауль заказывает еду из того итальянского ресторана, что тебе нравится.

— Звучит классно.

Этим утром Джордан отправилась на свою первую воинскую миссию. Она была не особо опасной, просто разведывательная работа в Сан-Франциско с Крисом, но их возвращение ожидалось только завтра. Я не испытывала удовольствия от мысли провести всю ночь здесь одной.

Оскар замяукал, когда я собралась переложить его, и взгляд Николаса упал на кота, свернувшегося клубком на моих коленях. Он нахмурился, подходя ближе к кровати.

— Это кот, который жил у тебя в Мэне?

— Да, его зовут Оскар.

Николас остановился в футе от кровати.

— Как кот оказался здесь?

Я погладила голову Оскара, и он начал мять мою ногу передними лапами.

— Эльдеорин отнёс меня сегодня в наш дом, и я забрала Оскара с собой.

Наверное, мне сначала надо было обдумать, что сказать, прежде чем я заговорила. Лицо Николаса ожесточилось, и его глаза потемнели до стального серого оттенка.

— Он что сделал?

Я поспешила успокоить его.

— Это было безопасно, Николас. Эльдеорин был со мной, и я не выходила на улицу.

Умиротворённым он не показался, и его следующие слова прозвучали почти как рычание.

— Что, чёрт возьми, с ним не так? Он же знает, что в Нью-Гастингсе для тебя небезопасно.

— А где безопасно для меня? — я соскользнула с кровати, но не подошла к нему.

— Кроме как здесь, где я окружена защитными чарами фейри, есть ли где-то место, куда я могу пойти и быть в безопасности? Это опасный мир для всех сейчас, не только для меня.