«Наверное, трудно смириться с тем, что возраст берёт своё», — подумал я, вспомнив седину в его волосах. Ему ведь сорок два года? Пока я понятия не имел, как взрослые люди воспринимают этот период жизни.

Я закончил свои дела, но вместо того чтобы вернуться на автобусную остановку, зашёл в переулок квартала Кабуки. Он был ужасно узким — с раскрытым зонтиком уже не пройти, на стенах по обеим сторонам как наросты торчали кондиционеры, электросчётчики и водосточные трубы. Хотя казалось, что здесь безлюдно, у моих ног валялись окурки, а на стенах и электрощитах свободного места не было — всё разрисовано или заклеено стикерами.

— А, вот ты где!

Хрипло мяукая, ко мне подбежал худенький котёнок.

— Дождик! Ну как ты?

Я вытащил из кармана энергетический батончик, сел на корточки и протянул Дождику, он проворно принял у меня угощение передними лапками.

— Браво! — сказал я, когда он опустил голову и принялся за еду.

Я приходил повидать Дождика каждый раз, когда наведывался в Синдзюку за покупками или для интервью. С первой нашей встречи прошло больше месяца, и котёнок, тогда размером с маленькую пластиковую бутылочку для воды, теперь подрос и стал раза в два больше. Июль подходил к концу, но дождь по-прежнему лил дни напролёт.

— Не бойся, там и делать-то ничего не надо! — услышал я мужской голос, когда вышел из переулка и раскрыл зонтик.

Мимо меня прошагали три человека. Девочка в лёгком платье без рукавов семенила впереди, опустив взгляд. Следом за нею, не отставая, топали двое крупных мужчин.

— Попробуй поработать, оплату получишь сегодня же. Это тут, совсем рядом.

Я узнал холодный, но бодрый голос и светлые волосы мужчины, а также хвостики и большие чёрные глаза девочки. Эти люди были мне уже знакомы.

В застроенном мотелями закоулке стояло низкое длинное здание; именно здесь я и заснул месяц назад. Перед входом в это здание о чём-то беседовали девочка с хвостиками и блондин с серьгой в ухе. Похоже, мужчина уговаривал девочку на что-то, а она не знала, соглашаться или нет. Зачем-то я пошёл следом за ними и теперь наблюдал эту сцену, прячась в тени.

Что делать? Подать голос? Прийти ей на выручку? Я вспомнил случай в «Макдоналдсе». Девочка тогда улыбнулась мне и сказала — то ли упрекая, то ли подбадривая, — что на ужин у меня три дня подряд один стаканчик с супом-пюре.

— Но...

А может быть, ей вовсе не нужна моя помощь? Вдруг они просто знакомые или о работе разговаривают, и я зря вообразил, что она в беде.

— А... Вы что?! — вдруг тихо вскрикнула девочка.

Приглядевшись, я понял, что блондин с серьгой обнял её за плечи и тащит внутрь дома. Я бросил зонтик, ноги сами понесли меня вперёд.

Я вклинился между девочкой и блондином.

— Ты чего?! — оторопел он.

— Идём!

— Что?!

Я схватил девочку за руку и побежал не оглядываясь.

— Эй, а ну стойте! Стоять, кому сказал! — кричали мне в спину.

Я отчаянно нёсся по незнакомому району, а девочка позади нерешительно подала голос:

— Эй, что ты де...

— Беги давай!

Не останавливаться же и не успокаивать её, что бояться меня ей нечего и что я не маньяк и всё объясню попозже. На это попросту не было времени. Волосы и футболка намокли и потяжелели от влаги. Мы ушли из района с мотелями, но немного погодя я заметил, что мы снова бежим по улице, где стоят одни мотели.

— А!

Из переулка на дорогу перед нами выскочил один из преследователей.

«Чёрт, мы в западне», — подумал я, и меня тут же дёрнули сзади за воротник рубашки.

— Вот сопляк! — Повалив меня спиной на асфальт, блондин с серьгой уселся сверху.

Отдышавшись от бега, он заговорил, хлопая меня по щеке:

— Ну-ка, ну-ка, ну-ка... кто у нас тут... — Голос у мужчины был низкий, и он почти смеялся. — И что же ты делаешь, а?!

Он размахнулся и дал мне пощёчину. Превозмогая боль и страх, я повысил голос:

— Она же была против!

Мужчина издал изумлённый возглас и выдал:

— Вот придурок! Мы с девкой договорились обо всём. Да?

Я удивлённо посмотрел на девочку. Она неловко потупила взгляд, стоя вплотную к другому мужчине.

Как же так? Я запаниковал. Но ведь тогда выходит, что я...

— Постой-ка... А ведь ты тот самый парень, который спал перед нашим заведением... — запоздало заметил мужчина и вдруг понимающе рассмеялся. — Так вот что это такое! Мстишь нам, значит!