– Приятно познакомиться.

Все пожали друг другу руки. Александер сел.

– Хотите печенье, святой отец?
– предложила Чэрити, протягивая руку к тарелке, полной завитушек из жареного теста, рядом с которой стояла маленькая чашка с сиропом.

– Нет, благодарю. Выглядит замечательно, но по утрам я не хочу есть. Затем он посмотрел на женщин более внимательно. На Чэрити было волнистое летнее платье в цветочек. На Джеррике - обрезанные джинсы и белый топик. Их красивые лица были какими-то усталыми и изможденными.

Затем, Джеррика, блондинка, заговорила.

– Вы, наверное, обратили внимание на наш помятый вид, святой отец. Это потому, что нам обеим сегодня снились жуткие кошмары.

Александер почувствовал, будто кожа у него на лбу окаменела.

– Что ж, похоже, кошмары в этих местах штука заразная, потому что мне тоже снилась всякая жесть.

– Да, ну? Мы расскажем вам наши сны, если вы расскажете нам свой.

Ага!– подумал Александер. Мне приснилось, что монахиня делала мне уриновую клизму. Это вовсе не то, о чем бы я хотел рассказывать людям.

– Забудьте, - сказал он вместо этого.
– Однажды мне приснилось, что мы с папой римским играли в волейбол, и он надрал мне задницу. Иногда сны бывают очень смешными. Но, поверьте мне, сегодняшний сон стоит забыть.

– Тетушка Энни говорила, что вы здесь, чтобы заново отстроить старое аббатство, - сказала Чэрити.

– Не отстроить, а отремонтировать, - поправил ее Александер.

– Раньше там был санаторий для священников, верно?
– отважилась спросить Джеррика.

Дерзкая девушка,– подумал Александер.

– Типа того. Мы хотим превратить его в центр реабилитации.
– Александер понял, что она имела в виду. В последнее время католики подвергались жесткой критике. Многие священники обвинялись в растлении малолетних, наркомании и азартных играх. В этих дни в газетах было полно подобных сообщений. И, несомненно Джеррика, сама являясь журналисткой, провела параллель. Господи, они, наверное, закроют Институт св. Луки в Саитленде, скандал там был очень громкий. Местные жители протестовали, говорили, что боятся за своих детей в случае побега больного священника.

– Я первым готов признать, - открыто сказал он.
– Католическая церковь ищет отдаленные места для размещения своих реабилитационных центров. Священники тоже люди. Иногда они болеют. Но в старые времена Роксетерское аббатство было не реабилитационным центром, а хосписом для умирающих священников. Это было очень давно, в середине семидесятых. Хоспис обслуживало несколько монахинь-епифанисток. Они только вернулись из Африки, и им нечем было заниматься, поэтому папа римский послал их сюда.
– Александер заметил на столе еще один черепаший панцирь и закурил.
– Рак, болезнь Альцгеймера и просто банальная старость...

– А еще СПИД, верно?
– с вызовом спросила Джеррика.

Он не стал пудрить ей мозги.

– Возможно, до того, как СПИД стал официальным диагнозом. Иногда священники сбиваются с пути истинного, церковь никогда не отрицала это. Но когда они оказывались на последней стадии, нам требовалось место, куда мы могли поместить их, и которое было бы дешевле, чем больница. Поэтому мы создаем хосписы, и именно таким было Роксетерское аббатство.

– Но оно же закрыто, не так ли?
– спросила Чэрити.

– Ага. Оно было не особо заполнено, а папе римскому потребовалось, чтобы монахини вернулись в Африку, где случилась очередная вспышка голода. Поэтому аббатство закрыли.

Но все эти разговоры о монахинях...

Монахини,– подумал он, внезапно почувствовав во рту привкус скисшего молока. Кошмар... Желудок у Александера непроизвольно сжался. Затем он поднял глаза и увидел, что Чэрити наливает холодный чай. Журчание напомнило то, как на него мочились. Что в нем могло вызвать такой сон? Неужели он питал какой-то тайный страх перед реставрацией Роксетера? Неужели я питаю тайный страх перед монахинями?– задался он вопросом. Но этого не может быть. Это не имело никакого смысла.

Разве тебе не понравилось быть искупленным?– спросила сестра из кошмара...

– Святой отец?

Александер поднял глаза. Это была Джеррика, у нее на лице внезапно появилось выражение беспокойства.

– С вами все в порядке?

– О, да, извините. Отвлекся ненадолго. Это связано с аббатством.

– И все-таки странное задание дала вам церковь, не так ли?
– спросила Чэрити.
– А что с вашими обычными обязанностями, с вашим приходом?

Вопрос на 60000 долларов.