Он по-прежнему не мог почувствовать её своим светом. Почему он не мог почувствовать её своим светом?

— Кто это? — спросил он. — Ниила? Это ты?

— Это займёт всего минуту, — мягко, с ласковой теплотой произнёс голос. — Это важно, Джон. Это касается нашей сестры, Высокочтимого Моста. Ты кое-что должен знать.

Джон нахмурился ещё сильнее.

Он всё ещё не мог различить лицо этой персоны, как и тело, если не считать того, что оно явно было женским и ближе к миниатюрному.

Могла ли это быть Ниила? С чего бы Нииле прятаться в темноте и шептать ему? С чего бы она так крепко закрывалась щитами, если Джораг и остальные уже обезопасили пространство? И что более важно, с чего бы она захотела поговорить с ним об Элли? Она закрывалась щитами, чтобы никто не услышал, что у неё на уме?

Джон озадаченно посмотрел по сторонам. Больше ничего не вызывало тревоги, только странность голоса, шепчущего ему из тени ряда грузовых ящиков камуфляжного цвета. И ещё тот факт, что Ниила закрылась таким щитом, какого он ни разу не ощущал за все свои тренировки с Врегом.

Когда он обернулся на Чандрэ и женщину с тайской внешностью, они, похоже, совершенно мирно обсуждали стратегию на расстоянии какой-то дюжины метров от него. И Балидор тоже стоял на вежливом удалении от них, в расслабленной позе дожидаясь, когда они обратят на него внимание.

Джораг зачистил это место час назад. Кто бы ни шептал ему, это должен быть один из своих. В любом случае, Балидор — один из сильнейших видящих среди ныне живущих. Если бы происходило что-то странное, лидер Адипана определённо почувствовал бы это.

Может, Ниила и остальные наткнулись на Элли где-то на военной базе, и им с Ревиком и Врегом нужна помощь. Может, они ввязались в какие-то проблемы и не хотели сообщать Балидору, так что вместо него обратились к Джону.

Слегка вздохнув и уже раздражаясь, Джон сунул руки в карманы и зашагал на голос женщины.

Только очутившись в нескольких ярдах от её силуэта, он резко остановился и уставился на стоявшую там женщину, сначала решив, что он, наверное, спит.

Он был так уверен, что это Ниила.

Он осознал, что вспоминает те кривые зеркала в доме Тени в Аргентине, и обернулся через плечо, гадая, не стоит ли прокричать имя Балидора, предупредить их — или позвать их сюда.

Но что-то заставило его промолчать и остаться на месте.

Он просто стоял там и смотрел на женщину перед собой.

— Привет, малыш Джон, — сказала Касс, накручивая рубиново-красные концы своих волос на маленькие пальчики. — Готова поспорить, ты рад меня видеть, да?

Она улыбнулась той дразнящей улыбкой, хлопая ресницами, совсем как в старших классах, когда она всё время в шутку флиртовала с Джоном, даже зная, что он гей — а может, именно поэтому.

Ему понадобилось несколько секунд тишины, чтобы осознать, что же такого странного в её внешности, даже не считая всего остального. Затем до него дошло.

Шрам исчез.

Шрам, который Териан вырезал на её лице в той камере в Кавказских горах, пока Джон и Ревик кричали видящему перестать — он исчез.

Кто-то полностью удалил его с лица Касс.

Безупречно гладкая и светлая, кожа Касс была полностью лишена любых несовершенств — такая же идеальная, как фарфоровая куколка, начиная со лба и носа, заканчивая щеками, губами и изгибом длинной шеи. Красная помада цвета яблок в карамели совпадала с ярко-красным оттенком её недавно покрашенных кончиков чёрных волос.

Соблазнительная улыбка играла в уголках её глаз и губ.

— Скучал по мне, красавчик? — спросила она. — Или ты уже передумал?

— Передумал? Передумал по поводу че…

— О, давай не будем вспоминать. События в Южной Америке произошли целых полторы жизни назад, маленький брат, — улыбка её ярко-красных губ сделалась ещё шире. — Эй, Джон. У меня есть секрет. Хочешь его услышать?

— Касс… — он растерянно уставился на неё. — Касс, это действительно ты? Ты действительно здесь?

— А это действительно похоже на меня, Джонатан?

Он нахмурился. Обернувшись через плечо, он опять едва не позвал Балидора, но что-то остановило его, стёрло эту идею из его сознания. Он посмотрел на Касс, замечая кожаные штаны кофейного цвета, подходившие под цвет её глаз, кожаный плащ и водолазку, сапоги на каблуках, гарнитуру и очень дорогой с виду наладонник, обхватывающий одно её запястье.

Его взгляд задержался на поблёскивающих новеньких органических пистолетах, пристёгнутых к её узким бёдрам.