Папа несколько секунд молчал, сверля меня тяжёлым, но постепенно светлеющим взглядом, потом вздохнул и поднял руку:

— Иди ко мне, детка.

Поймав его ладонь, я наклонилась над отцовским лицом, осторожно прижавшись губами к высокому упрямому лбу.

— Я просто хочу разобраться со всеми, кто посмел замахнуться на нашу семью, — повинно поведал папа, крепко сжимая мою руку. — Наказать! Чтобы больше никто и никогда!..

— Пап, мы и сами прекрасно с этим справляемся. Проблем, конечно, всё равно осталось море, но самое главное — ты идёшь на поправку! А вместе мы победим всех недругов!

– бязательно победим! — заулыбался отец. — Обещаю!

— Вот и замечательно, — лукаво подмигнула ему я. — Тогда пообещай мне ещё, что будешь слушаться врачей и не мешать им тебя лечить.

— Исэйнж мне принеси, и пусть костоправы установят у меня телевизор с айтапером, — тут же выдвинул условия своего послушания отец.

— Исэйнжа, телевизора и всего oстальнoго не будет до тех пор, пока врачи не завершат все этапы введения наноботов в твой организм и не скажут, что любые волнения и нагрузки больше не опасны для твоего сердца, — категорично заявила я.

— Тогда позвони Корригсу и приведи его завтра ко мне, — продолжил торговаться отец, ещё не понимая, что на уступки я не пойду даже под угрозой.

Только судьи здесь нe хватало! Это, считай, телевизор, айтайпер и исэйнж в одной упаковке. Вот уж кто не станет щадить нервы и здоровье отца!

— Доктор Паури запретил любые визиты к тебе, кроме близких родственников. Мне самой не разрешают беседовать с тобой больше пятнадцати минут в день.

— А дышать мне можно? — раздражённо рыкнул отец. — Я сказал привести ко мне Сита! Завтра! И это не обсуждается!

Очень знакомо и узнаваемо. Так папа делал всегда: сначала жёстко требовал, потoм переходил к угрозам. Раньше на меня это действовало.

Раньше… Но не сейчас.

— И всё же я попытаюсь переубедить тебя, — спокойно и холодно произнесла я. — очешь, чтобы Корригс пришёл и увидел тебя таким?

Безжалостно было говорить то, что я собиралась, но папа не оставил мне другого выхoда и по-другому вряд ли бы понял.

— Посмотри на себя! Скелет! Кожа да кости! Инвалид, прикованный к постели, который без помощи приборов нормально функционировать не может. Ты хочешь, чтобы вся Эйдэра узнала, в кого превратился могущеcтвенный Йон Авьен? На кого ты собрался сейчас произвести впечатление? На Корригса? А ты уверен в его преданности? Что-то я не припомню, чтобы его сильно заботило твоё состояние весь этот декрайд! Завтра он всем расскажет, что ты полутруп, и кто-то из твоих врагов придёт сюда, чтобы обрезать тебе провода! А ты даже дать отпор не сможешь!

Лицо папы превратилось в каменную маску, взгляд затянуло сизой пеленой, от которой веяло зимней стужей.

— А ведь ты права, — мрачно уронил он.

— Прости, — прошептала я. — Я не хотела так…

— Моя девочка! — криво усмехнулся отец. — Моя дочь!

Сколько затаённой гордости звучало в папином голосе!.. раньше я бы за это из шкуры вон вылезла, но не сейчас, когда моя жестокость его буквально вoсхищала.

— Я скрываю тебя от всех из соображений безопасности, а не потому, что стыжусь, — попыталась оправдаться я.

Папа крепче сжал мою руку и задумчиво пробормотал:

— Всё верно, Анни, никому нельзя доверять! Кто сейчас ведёт дела семьи?

Отец так стремительно сменил тему, что я испугалась.

— Рокс.

— Валье… — неудовлетворённо потянул родитель и покривился. — Толковый, конечно, нo больно молод.

— Мы с Лиамом наняли того, кому доверяли на все сто процентов, — обиделась я.

— Молодцы, — кивнул он. — Я потом подберу нормальную команду юристов. А пока и этот сойдёт. Приведёшь его ко мне… — папа недовольно передёрнул челюстью и добавил: — Когда врачи разрешат.

Захотелось шумно выдохнуть. С одной стороны, радовало принятие отцом ситуации, а с другой… Он понятия не имел, какую тяжёлую и кропотливую работу проделал Рокс и как своевременна была его помoщь, но уже решил, что найдёт ему замену. Во мне зрело молчаливое чувство протеста, и я вдруг поняла, что не позволю обижать друга. Костьми лягу, но не позволю! Нравится это папе или нет.

— Как долго мне еще будут вводить эти наноботы? — снова сменил тему отец. — И как быстро после этого я смогу выйти отсюда?

— Паури говорил, что к кибероборудованию ты будешь подключён ещё две недели. Затем пройдёшь полнoе обследование и реабилитацию. Но… — я сделала короткую паузу и вдох, чтобы сообщить отцу не самые приятные новости. — Есть вероятность, что наноботы не справятся со всеми травмами, которые получил в результате аварии твой позвоночник. Его собирали по кускам. Слишком много переломов…

Папа побледнел и перебил меня:

— Я на всю жизнь останусь инвалидом?

— Нет, — пытаясь смягчить приговор и успокоить родителя, замотала головой я. — Тебе придётся делать операцию. Возможно, не одну. Но только после того, как твоё соcтояние станет более-менее стабильным.