Шрифт:
– Да.
– Я ищу жену и прохожу мимо этой машины. Слышу какую-то возню, а дверцы сзади открыты. Я заглядываю внутрь и вижу её. Понимаете? И не одну.
Он отвернулся к телевизору.
– Что вы теперь собираетесь делать?
– Вот именно, что. Ничего. Я не знаю, что делать.
– Что она сказал, когда вас увидела?
– Она меня не видела. В конце концов я ушел, - бармен покачал головой, допил свою "кока-колу" и рыгнул.
– Я просто не знаю, что делать, - он снова покачал головой.
– Там, на обрывке старой парусины, между банками с краской...
– он покачивал головой из стороны в сторону, как бессловесный терпеливый Будда.
Стив молчал.
Негр глянул на экран телевизора, потом опять на Стива.
– Ну вот... Теперь я про это хоть кому-то рассказал. Черт с ним! А что случилось с вами?
– Почему вы не хотите выпить?
– Ну ладно, - бармен наполнил два стакана.
– Та девушка, которая была со мной, - продолжал Стив.
– Вы её помните?
– Да, помню.
– Вы её знаете?
– Немного... Может быть... Зачем?
– Знаете, как её зовут?
– Возможно.
Стив чувствовал, как нарастает возбуждение, но взял себя в руки. Мужчина за стойкой теперь вел себя осторожно, очень осторожно. Это было заметно.
– Разве вы не знаете её имени?
– спросил он.
– Это я вас спрашиваю.
– Вы должны знать, как её зовут. Вы были вместе с ней.
– Да, но я задал этот вопрос вам.
Они взглянули друг на друга.
– Вы полицейский?
– Черт побери, конечно нет!
– Ладно, я просто спросил.
– Как её зовут?
– спросил Стив.
– Да, как же её зовут?
Стив грохнул кулаком по стойке.
– Проклятие! Я задал такой простой вопрос!
Негр пожал плечами.
– Марджи? Ее звали Марджи?
– Идиот!
– Стив выхватил бумажник, раскрыл его и показал все содержимое.
– Вот! Я не полицейский, к чему тогда все эти глупости?
Бармен проверил его документы.
– Ладно, вы хотите знать, как её зовут? Ее зовут Сандра.
– Сандра?
– Да.
– А как дальше?
– Просто Сандра, дружище. Но послушайте, я знаю одну её подругу. Можете поговорить с ней. Может быть, она вам поможет.
Стив не знал, хочет бармен от него избавиться или говорит правду.
– Ладно. Кто эта подруга?
Бармен пристально посмотрел на него, повернулся, подошел к телефону в конце стойки, набрал номер, подождал, а потом заговорил так тихо, что до Стива долетало только неразборчивое бормотание.
Положив трубку, он подошел к Стиву.
– Ну?
– спросил тот.
– Все в порядке. Поезжайте на Пальм-лайн, 104. Это многоквартирный дом, называется "У рикши". Квартира 2Б.
– Кого спросить?
– Элен.
– А как дальше?
– Просто Элен.
Стив расплатился за выпивку. Бармен снова повернулся к телевизору.
– Большое спасибо, - сказал Стив его спине.
– Элен здесь?
– Я - Элен. Ты и есть он?
– Кто - он?
– Которого хотел прислать Джимми.
– Кто такой Джимми?
Она хотела закрыть дверь.
– Одну минуту! Джимми - это бармен из "У южного моря"?
– Да. Входи. Почему ты сразу не сказал?
Когда Стив вошел, пышная блондинка закрыла дверь, на мгновение прислонилась к ней, затем шагнула к нему. На ней были розовые шорты, очень тонкий облегающий черный пуловер и белые плоские сандалии с ремешками вокруг щиколоток. Густые волосы ниспадали на плечи. У неё были голубые глаза и пухлые губы, намазанные ярко-красной помадой.
– Это будет стоить двадцатку, - сказала она, - если ты не останешься подольше. Хочешь остаться подольше?
Она подошла вплотную и обвила руками его шею.
– Одну минуту, - сказал Стив.
– Почему? У тебя же найдется двадцатка, верно? Джимми должен был сказать тебе про это, дорогуша. Что случилось?
– Я хотел только задать несколько вопросов.
– Ах, так!
– она отступила назад, уперев руки в бедра. Вот оно что! Итак, твои вопросы тоже будут стоить двадцать долларов. А может быть, даже дороже.
– Ты меня не поняла.
– Ты меня удивляешь, дорогой. Я поняла тебя как нельзя лучше.
– Я хотел задать тебе несколько вопросов кое о ком.
– Я думала, мы найдем лучшее занятие.
Стив поспешно выпалил:
– Я пытаюсь найти одну девушку. Как утверждает бармен, её зовут Сандра. Я же знал её как Дженис Лансфорд.
– Ах...
Теперь он был в полной растерянности.
– Ты же её знаешь, верно?
– спросил он.
– Так утверждает Джимми. Я часто бывал с ней вместе, когда некоторое время назад приезжал сюда. И хотел бы видеть её снова.