– И что самое ужасное, – сказала Лорен, гладя своего малыша по головке, – она говорила правду.

– Ох. Ох, бедняжка Лорен!

– Я думала, что моя жизнь на этом кончилась, – призналась Лорен. – И хотя моя приемная семья не могла бы быть ко мне добрее, даже будь я им родной, я все равно всегда понимала, что чужая. Я потратила годы, пытаясь стать достойной и заслуживающей любви, – хотя и так была ими любима. И все, чего я когда-либо хотела в жизни – это выйти замуж за Невилла.

«Утонченная и безупречная Лорен тоже познала сильную боль», – подумала Энн. У каждого в жизни была своя боль, решила она. Было бы ошибкой полагать, что она, Энн, была в этом уникальна.

– А потом, год спустя, я встретила Кита. У нас не было привычных ухаживаний, но я быстро поняла, почему Лили должна была вернуться в жизнь Невилла, а я – уйти из нее. Мне судьбой был предназначен Кит. Я верю в судьбу, Энн. Не в слепую судьбу, которая не оставляет никакой свободы выбора, но в судьбу, определяющую наши жизни и предоставляющую нам выбор – множество путей, из которых мы можем выбрать тот, что приведет нас к счастью.

– О, я тоже в это верю. Действительно верю.

– Осмелюсь предположить, что судьба вела вас к встрече с Сиднемом, а его к встрече с вами. Несмотря на обстоятельства, о, простите мою дерзость! Невооруженным глазом видно, что вы просто без ума друг от друга.

Они улыбнулись друг другу, и вскоре беседа перешла в другое русло, а Энн почувствовала себя так спокойно, словно на нее снизошло благословление. Энн подумала, что она и ее невестка обязательно станут подругами, а может даже и сестрами.

После того, как вчера ночью она осталась с Сиднемом, свекровь смотрела на нее с одобрением и пригласила ее сегодня днем вместе нанести визиты к соседям.

Возможно, семьи не всегда отвергают. Возможно, что, по крайней мере, иногда они распахивают объятья. Возможно, иногда нужно просто верить в любовь.

День для Сиднема начался неплохо.

Он начался с надежды. Этим утром Энн улыбнулась ему и даже пошутила. Она не повторила просьбу о немедленном отъезде и не возражала против того, чтобы провести утро с его матерью и Лорен. Сид полагал, что они все еще оставались друзьями. И на какое-то время этого было достаточно. Ему следует довольствоваться дружбой и взаимным состраданием к трагедиям в жизни каждого.

И продолжалось утро прекрасно. Сид вместе с отцом и Китом объезжали домашнюю ферму при усадьбе, встречая по пути арендаторов и их жен, которых Сид не видел уже несколько лет, с тех пор, как был здесь управляющим. Все это было очень приятно.

Но после полудня ему пришлось вернуться к реальности, появились обстоятельства, которые расстроили его и которые, как он опасался, могли внести еще большее напряжение в их брак. Энн с его матерью и Лорен отправились с визитами к соседям. Сид поднялся в детскую, собираясь предложить забрать Дэвида и остальных детей на прогулку. Но оказалось, что Кит первым пришел туда, чтобы взять Эндрю на урок верховой езды.

– Ты тоже должен пойти, Дэвид, – сказал Кит.

– Но я не умею ездить на лошади, – запротестовал мальчик.

– Ты никогда не ездил верхом? – Кит положил руку ему на плечо. – Тогда мы должны немедленно начать тренироваться.

– Вы будете учить меня, дядя Кит? – лицо Дэвида осветилось радостью.

– А для чего еще нужны дяди? – усмехнулся Кит. – Ты пойдешь с нами, Сид?

Несколько минут спустя все они уже направлялись к конюшням. Впереди мчались Дэвид и Эндрю, Софи восседала на руке Кита.

Грум подсадил Эндрю на его маленького пони в паддоке позади конюшен, в то время как Кит выбрал спокойную кобылу для Дэвида и объяснил ему основы верховой езды перед тем, как подсадить в седло и вывести кобылу с мальчиком в паддок. Затем Кит разрешил Дэвиду самому сделать круг, а сам пошел рядом, подбадривая и давая советы.

Дэвид был оживлен и взволнован. Таким Сиднем видел его всего пару раз в Глэнвир с братьями Бедвинами и маркизом Холлмером. Мальчик смеялся и болтал без умолку, чувствуя себя свободно в обществе Кита и называя того «дядя Кит», словно они уже много лет были лучшими друзьями.

Если бы у Дэвида уже имелся хоть какой-нибудь опыт, подумал Сиднем, он мог бы сам поехать с мальчиком и во время поездки научить его некоторым тонкостям искусства верховой езды. Общие интересы могли бы связать их некоторым подобием семейных уз. Но в данных обстоятельствах Сиднему казалось более разумным предоставить брату вести обучение, хотя перед тем, как продолжить урок, Кит вопрошающе посмотрел на него.

Вместо этого Сиднем подружился с Софи, которая рвала головки маргариток, росших в траве вокруг паддока. Девочка похлопала Сиднема по ноге и вручила букет. Он присел на корточки, чтобы поблагодарить малышку, и хотя Софи с опаской посматривала на повязку на его глазу, но не убежала от него. Вместо этого она неожиданно протянула пальчик, потрогала повязку и засмеялась.