– Спасибо, – мягко сказал он.

Но с тревогой понял, что глаза ее полны слез. Неужели они все же не будут притворяться?

– Сиднем, – почти шепотом сказала она, – дело не в тебе! Пожалуйста, пожалуйста, поверь, что не в тебе. Дело во мне.

И правда ее слов обрушилась на него, как приливная волна. Ну, конечно, конечно! Он страдал от кошмаров из-за ужасных вещей, сотворенных с его телом.

Энн подверглась не меньшей жестокости.

Неужели она тоже страдала от кошмаров?

Или ее кошмаром была физическая близость – та самая близость, которая была у них дважды после ее трагедии – первый раз в Ти Гвин, а второй – сегодня?

Сид пристально взглянул на нее, потрясенный. Неужели умом Энн понимала, что это он, но тело говорило ей, что это Мор?

– Дело во мне, – повторила она. – Пожалуйста, поверь, что ты тут ни при чем. Ты красивый, Сиднем, добрый и нежный.

– Энн, – он коснулся ее губ. – Энн, я понимаю. Действительно понимаю. Просто раньше не рассматривал это как препятствие. Но я действительно понимаю. Что я могу сделать? Я мог бы… хочешь, пойду спать в гостиную?

– Нет! – Она вцепилась в него, прижимаясь всем телом. – Пожалуйста, пожалуйста, нет. Не делай этого, если можешь вынести. Сиднем, мне так жаль!

– Ш-ш-ш, – выдохнул он в ее волосы. – Тише, любимая. Позволь мне просто обнимать тебя, как ты до этого обнимала меня. Ш-ш-ш…

Сид поцеловал ее в макушку и удостоверился, что она полностью укутана в одеяло. Он согревал ее тело своим.

И с облегчением почувствовал, что Энн согрелась и расслабилась, а вскоре понял, что она уснула.

Он не должен был спать. Ночь выдалась суматошная.

Но он был полностью истощен.

Сиднем заснул спустя несколько минут.

Энн проснулась оттого, что что-то щекотало ей нос, и сонные движения рукой не избавили ее от этого ощущения. Но прежде, чем она открыла глаза, Энн поняла, что это были человеческие пальцы – а точнее, пальцы Сиднема.

Она открыла глаза.

– Доброе утро, миссис Батлер, – сказал он. – Вы собираетесь сегодня вставать?

Сид лежал на кровати рядом с ней, но поверх одеяла и уже полностью одетый. Теперь, окончательно проснувшись, Энн слышала камердинера, возившегося за закрытой дверью гардеробной. Позднее пробуждение было на нее не похоже.

– Ты даже побрился, – она протянула руку, чтобы коснуться гладкой кожи его левой щеки.

– А разве пираты обычно не чисто выбриты?

– А как же Синяя Борода? – подняла брови Энн. – Или это был Черная Борода?

Сид усмехнулся.

Энн ни на секунду не забывала прошлую ночь – она помнила все. И он тоже не мог забыть. Но Сиднем решил не начинать утро с трагедии. И она тоже не должна. У каждого из них были свои демоны, с которыми они боролись. Зачем бороться еще и друг с другом?

Энн улыбнулась ему в ответ.

– Прежде, чем подняться наверх вчера вечером, я согласился поехать на верховую прогулку с отцом и Китом сегодня утром, чтобы осмотреть фермы. Я фактически исполнял обязанности управляющего у своего отца в течение пары лет после моего выздоровления. Я когда-нибудь рассказывал тебе об этом? Ты не против, если я поеду с ними?

Энн была очень даже против. Ей придется остаться наедине с его матерью, Лорен и детьми. Но чего она ожидала? Что сможет оставаться в его тени все то время, что они пробудут здесь? Это была семья ее мужа, и Энн должна была сделать все, что в ее силах, чтобы доказать, что она не беспринципная охотница за состоянием, какой, наверное, им казалась.

И с каких это пор она цепляется за кого-то и впадает в зависимость?

– Конечно, я не буду против. Желаю хорошо провести время.

Сид скатился с кровати и вскочил на ноги.

– Лорен позаботится о тебе.

– Уверена, так и будет.

Виконтесса была очень красивой, изящной и воспитанной леди. И она была добра, даже после шокирующего заявления Дэвида.

– Когда Кит впервые привез ее сюда в качестве своей невесты, – сказал Сиднем, – между нами с братом существовало отчуждение. Когда-нибудь я объясню тебе, почему. Однажды Лорен вызвала меня на личный разговор, и я понял, что не отношусь к числу ее любимцев. Но она выслушала меня, действительно выслушала. Она оказалась первым человеком, который выслушал меня и понял мою точку зрения. Она вынудила нас с Китом выяснить отношения друг с другом. Мы оба были упрямыми, робкими и неуклюжими. Но это сработало. Лорен относится к числу самых близких мне людей. Однажды она даже поцеловала меня вот сюда, – Сид дотронулся указательным пальцем до своей правой щеки.

– Правда?

– Ревнуешь?

– Смертельно.

Они улыбнулись друг другу, и Энн поняла, что, по крайней мере, кое-что не изменилось прошлой ночью. Они все еще были друзьями. Может, не стоило придавать этому такое значение, раз они женаты, но это что-то да значило. И она была твердо намерена начать этот день оптимистично.

– Если ты быстро оденешься, – сказал Сид, – то мы сможем спуститься к завтраку вместе.

Только когда они уже спускались к завтраку, Энн поняла, что сегодня утром ее не тошнило. Возможно потому, что она была слишком озабочена, чтобы позволить себе еще и это.